Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

:) Место для самых отчаянных авторов-мазохистов, желающих испытать невероятные ощущения :)

А теперь серьезно.
В этом разделе есть два правила.
1. Будь доброжелателен.
2. Если не готов выполнять пункт 1. - ищи себе другой форум, не дожидаясь действий администрации.

Модераторы: Becoming Jane, просто мария

Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Май 16th, 2015, 11:06 pm

Господин комендант

Летней ночью 1735 года Мишель де Монпасье разбужен шумом борьбы и звуками колокола раздававшимися в часовне его родового замка. Выглянув в окно, он видит, как начинается штурм крепостных стен. Мишель выбегает во двор, где слуги и члены семьи готовятся к отражению атаки. Замок хорошо укреплён и наступающие под градом пуль вынуждены отойти. Однако это всего лишь, ловкий маневр, призванный отвлечь внимание. Противник вскоре появляется уже во внутреннем дворе замка, проникнув туда через потайную дверь, которую открыл один из самых «преданных» слуг. Это моментально изменяет расстановку сил. Теперь перевес явно на стороне атакующих. Мишель замечает, что среди нападавшего сброда (бандиты, дезертиры, кое-кто из крестьян) есть несколько человек в тёмных плащах и масках, которые командуют всем этим воинством. Защитники в пылу схватки падают один за другим, нападающие не щадят никого, убивая всех – раненых, его девушку из прислуги, и даже собаку Мишеля. Он вновь кидается в бой, чтобы спасти женщин от расправы, но получает удар по голове и теряет сознание. Очнувшись, Мишель понимает, что они остались только вдвоём с отцом и находятся в подвале. Засовы трещат под натиском нападающих. Отец смертельно ранен и не может передвигаться. Он понимает, что умирает и приказывает Мишелю покинуть замок, через подземный ход, о котором знает только он, и который выводит в овраг. Перед этим он называет Мишелю адрес некоего мэтра Франсуа - особо доверенного человека семьи Монпасье. Мишель должен разыскать его в Париже. Деньги на первый случай, и одежда простолюдина спрятаны на выходе из подземного хода в сундуке. Монпасье - старший успевает отдать Мишелю маленький ключик от ларца, который хранится у Франсуа и их фамильное кольцо, символ древности их рода, и не только. Что в ларце, и чем интересно кольцо, он сказать не успевает. В самый последний момент Мишель уходит, закрыв за собой дверь подземного хода и дверь в прошлую жизнь. Переодевшись и выбравшись наружу, он бежит по краю оврага и видит в небе яркую вспышку там, где был их замок. Затем раздаётся ужасный грохот. Взрывная волна валит его на землю, хотя он уже достаточно далеко. Поднявшись с земли после взрыва, он понимает, что у него больше нет ни семьи, ни родного дома – ничего, и никого. Через некоторое время Мишель оказывается в Париже и находит Франсуа. Тот, согласно распоряжению отца, передаёт ему ларец, сделанный из гладкого твёрдого металла. Мишель открывает его и находит для себя письмо, в котором отец пишет, что занимался алхимией. Мишель догадывался об этом, но никогда не спрашивал напрямую. Целью Монпасье старшего было не просто превращение свинца в золото – это слишком банально. Он пытался сделать магический шар, с помощью которого можно видеть то, что происходит на расстоянии, то, что происходило в прошлом и даже читать мысли людей. То есть иметь неограниченный доступ к любой информации. А тот, кто владеет информацией – владеет миром. Монпасье старший пишет о том, что лишь дважды он провёл опыт, который оказался удачным, но для этого ему пришлось рассказать о своих экспериментах одному из монахов ордена «чёрного крыла (символ чёрные крылья и меч?)» брату Кито, потому что у них в монастыре хранились книги, в которых была нужная информация, и только Кито знал язык на котором они написаны. В ларце также спрятан словарь, без которого невозможно прочесть книги. Монпасье сумел сделать копии, которые тоже у Франсуа. Он просит так же Мишеля быть крайне осторожным и продолжить его дело. Для этого нужно покинуть Францию и уехать в огромную северную страну (Россия) и не просто в Россию, а на Алтай (горы далеко на востоке), туда, где есть прямая дорога в Китай, ибо только там можно найти необходимые минералы для опытов. И только там есть место «силы» и только там растёт золотой лист (психотропная основа эксперимента) без которого общаться с магическим шаром невозможно. Мишель забирает книги, шкатулку, деньги и уходит в город, чтобы купить себе новую одежду. Он обещает появиться на следующий день, поскольку его приглашает Франсуа, который готов за небольшую плату навести справки по поводу ночного нападения на их замок. Вернувшись вечером следующего дня, Мишель слышит посторонний шум во дворе, и, пробравшись в дом через соседний двор незамеченным, обнаруживает, что вся семья Франсуа находится в одной комнате, а дом полон вооружённых людей. Под угрозой расправы с семьёй, Франсуа рассказывает о том, что Мишель уже здесь, в Париже и должен скоро вернуться сюда. Однако неизвестные, добившись признания, тут же убивают всю семью. Между делом старший из «бригады», которого Мишель запомнил во время штурма их замка по длинным льняным волосам, выбивавшимся из-под шляпы, говорит о том, что монах, с которым общался Монпасье - старший умер от пыток, не выдержав их. Он предварительно рассказал об опытах, и пообещал всем и королю тоже, страшную месть от верховного магистра их ордена. Слыша шорох за окном блондин даёт команду «проверить», но тут в дом вламываются ещё несколько вооружённых человек. Начинается схватка во время которой Мишелю удаётся уйти незамеченным. Мишель понимает, что его ищут сразу две могущественные организации – королевская «спецслужба», и скорее всего монахи – еретики. Задача у них одна - взять его живым или мёртвым вместе с тем, что у него есть. Несколько часов подряд он бесцельно бродит по городу, обдумывая своё положение, и случайно замечет за собой слежку, пытаясь уйти от наружного наблюдения, петляет по улицам и переулкам, пока не оказывается в одном из борделей. Он понимает, что под своим именем ему не выбраться из Парижа, поэтому представляется как Томас де Вильнёв. Так зовут молодого маркиза из соседнего поместья, который пару лет назад уехал в Испанию, а оттуда, по слухам, в Америку, и с тех пор сведений о нём нет. Родители его умерли, родственников нет, и, следовательно, искать никто не будет, спрашивать тоже не у кого. Мишель покупает женское платье у проститутки, натягивает его поверх одежды и покидает под видом «девушки» гостеприимный бордель. Не нашлось только туфель подходящего размера. Однако выйдя на улицу Мишель (далее – Томас) лицом к лицу сталкивается с двумя агентами, один из которых пытается пристать к «ней», Томас проходит мимо, но в грязи остаётся след от его сапога. У «наружки» появляется подозрение, и они пробуют остановить Томаса, он убивает обоих кинжалом и бежит прочь. Сбрасывает по пути женскую одежду, возвращается на постоялый двор, забирает свои вещи и меняет место временного проживания, становится Томасом теперь уже навсегда. Несколько дней он не выходит на улицу и отсиживается в комнате, прикинувшись больным. Читает книги со словарём, и инструкции, те, что оставил отец. Там нет ни слова о кольце. Потом Томас решается выйти на разведку, и видит, как несколько человек избивают молодого простолюдина. Он вступается за него, и тот становится его слугой. Однако через пару дней Томас видит, что слуга копается в его вещах и пытается открыть ларец. Томас подозревает, что перед ним очередной шпион, и готов расправиться с ним, но оказывается, что это просто вор, который должен был по наводке хозяина постоялого двора обокрасть Томаса. Всё становится на свои места. Томас ещё раз предлагает служить у него, и парень соглашается, иначе хозяин его просто убьёт. Под покровом ночи они бегут с постоялого двора. Томас пытается найти своего дальнего родственника в Австрии (оттуда родом его мать), на которого ссылается отец в своём письме. Но когда он появляется в их поместье, оказывается, что за несколько дней до этого на замок напали неизвестные бандиты и сожгли его. Томас понимает, что его ищут уже по всей Европе и добирается до России. Не владея русским языком, не зная обычаев, он в придорожном трактире неосторожно высказался о спутнице некоего графа Мещерского, в результате чего начинается дуэль, едва не закончившаяся гибелью обоих дуэлянтов. Мещерский проваливается под лёд на озере, где они бьются на шпагах, Томас его спасает, и едва не погибает сам. Оба простудились и оба болеют, обоих лечит один и тот же врач. В результате такого знакомства они становятся друзьями. В таком общении Томас выучивает русский.

Оказавшись в поместье Мещерских по приглашению графа, Томас знакомится с дальней родственницей Владимира Мещерского – Людмилой. Она – сирота из обедневшей семьи и её судьба уже решена, она должна выйти замуж за некоего богатого дворянина, человека уже немолодого и благоволящего к ней. У Томаса постепенно завязываются отношения с девушкой и переходят из состояния дружбы в нечто большее. Однако это не устраивает Мещерского - старшего. Он идёт на тактическую хитрость и предлагает отсрочить решение. Пользуясь своими давнишними связями при дворе, устраивает Томаса на государственную службу, куда тот должен прибыть практически немедленно. Томас понимает, что расстаётся навсегда с Людмилой, но у него нет выбора. Либо он должен остаться с девушкой без средств к существованию, и разорвать отношения с семьёй ставшей ему почти родной, либо должен поступить на службу и выполнить завещание своего отца. Он выбирает второе. Свои книги он оставляет в московском доме Мещерских и просит их спрятать. С собой он берёт только ключ от ларца, зная, что его невозможно открыть. Он попадает в действующую армию на юге России и участвует в войне против турок сначала как младший офицер, потом как разведчик под видом австрийца. Немецкий он знает в совершенстве (мама родом из Австрии). Однако османская контрразведка перехватывает его донесение, за ним начинается слежка, он узнаёт блондина, одного из тех, кто был в доме Франсуа. Во время ареста они одновременно стреляют друг в друга и оба попадают в цель. Слуга Томаса успевает убежать, выпрыгнув в окно, де Вильнёв, тяжело ранен и попадает в плен. Слуга видел, как его выстрелом в грудь свалили на пол и думает, что Томас погиб, об этом сообщают Мещерским. Людмила понимая, что её ожидание закончилось, пытается наложить на себя руки, но её отговаривает манан Мещерская. Выбора у неё нет, и она выходит замуж за претендента, чтобы не быть обузой для родственников. Оправившись от ран, Томас бежит из плена, и, оказавшись в России, в Москве узнаёт, что дом Мещерских сгорел, однако копии книг не пострадали «чудесным» образом (папа Монпасье пропитал их антипиренами) шкатулка тоже на месте и никто её открыть не смог, хотя была попытка её украсть. До этого дворовые видели рядом с домом человека в длинном балахоне, похожего или на монаха или на нищего. Томасу за заслуги присваивают звание капитана и дают право выбора места службы. Он, к всеобщему удивлению, просит послать его в Сибирь. Там он занимается управлением приграничных территорий, на которых далеко не всё спокойно. В его районе ответственности постоянно происходят разбойничьи нападения на караваны купцов. Купцы – и русские и иностранные постоянно жалуются на туземцев. Туземцы – на местных казаков за то, что те творят беспредел, и обирают стойбища грозя расправой. Казаки всё отрицают. Томас с отрядом, который возглавляет его подчинённый и друг – есаул Севастьян Михайлов выезжает на место, чтобы провести дознание, наказать виновных и установить порядок. Однако он едва не погибает от стрелы, пущенной из придорожных кустов. Томас ранен, его слуга тоже. Михайлов организует погоню, и след приводит в стойбище аборигенов. Казаки окружают стойбище, и есаул обещает спалить всех, и прах развеять по ветру, если не выдадут злоумышленника, однако алтайцы твердят что они не причём. В этот момент Томас и его слуга падают в обморок. Изо рта у обоих идёт кровавая пена, хотя оба ранены не в грудь. Есаул понимает, что стрелы были отравлены. Местные никогда не пользуются такими средствами. Он приказывает шаманке вылечить Томаса во что бы то не стало, иначе всем конец. Женщина лечит Томаса всеми доступными способами, и Томас приходит в себя только через две недели. Он узнаёт, что его слуга умер в муках. Шаманка говорит Томасу, что когда тот бредил, то говорил на таком же языке что и главарь бандитов. Она однажды подслушала в лесу как тот разговаривал на непонятном языке со своим слугой. Это они переодеваются то в казаков, то в алтайцев и нападают и на купцов и на стойбища.
Налицо явная провокация, направленная на дестабилизацию обстановки на восточных границах России. Томас приказывает казакам усилить охрану и организовать прочёсывание вдоль дорог. Михайлов оставляет треть отряда и уходит в тайгу. Томас медленно идёт на поправку и знакомится более близко с шаманкой. На местных она не совсем похожа – выше ростом, стройнее овал лица другой, глаза зелёного цвета. Она открывает некоторые тайны Томасу. Но говорит, что хочет от него ребёнка. И у него нет выбора, придётся…. Тот, кто родится, будет великим человеком, он должен принять от неё все знания. Но она хочет, чтобы Томас сам… без её магии. Она ведёт Томаса на священную гору, куда посторонним дорога заказана, но Томас уже «свой». В качестве подарка она даёт ему порошок от всех болезней. Его можно принимать только три раза и только Томасу, когда будет совсем плохо. Если лекарство закончится или будет потеряно, пусть он придёт сюда. Здесь он найдёт то, что нужно. Томас дарит ей своё кольцо, которое осталось ему от отца и говорит, что это их семейная ценность и теперь она принадлежит к их роду. Шаманка вешает на шею перстень вместе с бусами. Там она делает предсказания Томасу о том, что он выполнит волю отца и ещё найдёт то, что очень многие хотели бы иметь, но это ему радости не добавит, однако внезапно прекращает сеанс и падает в обморок. Очнувшись, она говорит, что страшная беда пришла в их стойбище. Вернувшись, они видят ужасную картину – все мертвы, даже дети. Томас не понимает, как такое могло произойти. Охрана даже не сопротивлялась. Вдвоём они хоронят всех. После этого возвращается Михайлов с частью своих людей. Он сам едва остался жив. Они нагнали бандитов и взяли их в кольцо, и он видел того «блондина» который пустил есаулу «пыль» в глаза. От неё казак перестал быстро двигаться. Спасло их только то, что подошёл второй взвод, который открыл стрельбу издалека. Части бандитов удалось ускользнуть. Именно они и напали на стойбище. Но бандитов тоже осталось мало. Томас возвращается в острог, берёт дополнительные силы, однако разбойники словно сквозь землю провалились. Спецоперация по зачистке территории результатов не даёт. Ушла и его шаманка. Нападения на караваны прекратились тоже. Томаса вызывают в Москву, дают звание бригадира (выше полковника, но ниже генерала), и он опять едет в Сибирь, теперь уже комендантом Томска. Здесь он вновь встречается с Михайловым, делает его своим помощником. Томас строит подземную лабораторию рядом с домом под видом складов НЗ, и продолжает опыты, которые пока результатов не дают, за исключением одного. Произошло то, о чём говорила шаманка. Томас перестал стареть. Но это не вечная жизнь, а всего лишь устойчивость к болезням и естественному старению. Вдобавок все раны зарастают на нём как на собаке. На травмы с летальным исходом такой иммунитет не распространяется. Подобное достижение всегда опасно. Опасно потому что есть кому, что и с чем сравнивать. Томаса могут обвинить в колдовстве. Поэтому, каждый день он вынужден спускаясь в лабораторию искусственно себя старить, накладывая грим. Так проходят годы. Неожиданно погибает на охоте единственный преданный друг де Вильнёва – есаул Михайлов. Однако перед смертью он успел приказать своим сыновьям, Ефрему и Степану служить верой и правдой не щадя живота своего государству Российскому и их превосходительству. Ефрем получает по наследству должность своего отца. Но он годится в сыновья бригадиру и поэтому доверительных отношений как с отцом быть уже не может. Степан уезжает из города. Де Вильнёву нужны свои люди не только в Томске. Однажды приняв у себя заезжего гостя – немецкого негоцианта и отведав его вина, Томас едва не отправился на встречу со своим отцом. Вино оказалось отравленным, хотя пили они его вместе с гостем. Немец заранее принял противоядие. Томас тоже успел проглотить алтайское зелье, после того как ему стало совсем плохо, поэтому остался жив. Когда караул пришёл на квартиру, где остановился негоциант, того и след простыл. Вильнёв понимает, что книги его отца до сих пор ищут. И ему пощады не будет. Он форсирует свои эксперименты и добивается первых результатов. Взглянув в магический шар, Томас видит своего давнего друга – графа Владимира Мещерского старого и больного. Через несколько дней граф предстаёт перед ним в виде арестанта, который пришёл с очередным этапом. Владимир тяжело болен, но порядок запрещает какие-либо послабления к государеву преступнику. Единственное, что может сделать де Вильнёв – это поместить Мещерского в лазарет, где они долго разговаривают. Вспоминают молодые годы. Владимир говорит, что его оклеветали и требовали, чтобы он написал донос на Томаса за то, что у него есть якобы книги, угрожающие царствующей династии, и он слышал, как прокурор говорил вслух кому-то что, и до Томаса тоже доберутся только вот надо… дальше он не разобрал. Томас решает дать другу алтайское зелье в надежде, что оно поможет, хотя шаманка предупреждала, это только – Томасу. К утру Владимир умирает у Томаса на руках. Его должны похоронить, как и всех каторжан, в безымянной могиле. Вместе с ним умирают ещё два человека, один из которых, и ростом и сложением похож на Томаса. Томас просит Ефрема Михайлова помочь ему «уйти» незаметно. Михайлов говорит, что согласен, потому что Томас спас от смерти его единственного сына, вылечив его, и он помнит, что говорил ему отец.
Выпив снадобье, Томас впадает в летаргический сон, и всё его тело покрывается язвами поэтому его должны похоронить в закрытом гробу. Михайлов со своим слугой – немым татарином Юсуфом подменяют ночью покойника. Утром «Томаса» хоронят по его завещанию, на горе Каштак (он действительно там похоронен), с которой открывается вид на реку. Могилу закрывают тяжёлой чугунной плитой, которую с помощью блоков и рычагов укладывают несколько крепких рабочих. Томас со стороны наблюдает за собственными похоронами.
Что дальше? Этот вопрос вновь встаёт перед Томасом. Его уход хотя и был заранее подготовлен, но оказывается связанным с обстоятельствами, более чем хочет того сам бригадир. Он вынужден использовать уже сложившуюся ситуацию (смерть каторжан) и поэтому появляются накладки. Ему обязательно нужно вернуться в свою лабораторию для чтобы забрать ларец с документами, книги и всё необходимое для продолжения опытов. Однако сделать это трудно, даже ему. После «смерти» Томаса все думают, причиной гибели коменданта стала неизвестная заразная болезнь, и поэтому дом закрыт и опечатан. Возле всех входов дежурят караульные. Томас использует запасной подземный ход, который он предусмотрительно сделал в подвале. Наконец всё закончено, Томас готовит к уничтожению свою лабораторию в которой работал много лет. Для этого ему нужно открыть шлюз подземной речки Монашки, которая протекает рядом и выходит на поверхность ниже по оврагу. После этого должен начаться оползень, который уничтожит саму лабораторию. Он всё рассчитал правильно, за исключением одного. Томас не увидел, что за ним следили. Сказывается приём снадобья для получения эффекта летаргии. В подвале на него нападают сразу двое. Однако де Вильнёв многому научился за эти годы и кое-что сделал для своей безопасности, прежде всего - «бронежилет», похожий на обычную одежду, без труда выдерживающий удары кинжалов. В короткой и жестокой схватке Томас расправляется с нападавшими и быстро уносит тела в свою лабораторию. Он едва успевает закрыть маскировочную дверь, похожую на часть стены и за ней вторую внутреннюю, железную. Снаружи раздаётся шум, земля возле его дома проваливается, и там, где была секретная лаборатория появляется продолжение глубокого оврага, дно которого залито грязью и обломками. К дому бегут люди. Томас незаметно в общей суете покидает свой дом. Он чувствует, что потерял во время схватки тот самый ключ от ларца, который когда-то дал ему отец, но возвратиться обратно он уже не может. В толпе Томас вновь замечает своего давнего противника – мужчину с длинными светлыми волосами. Лицо незнакомец постоянно прячет за высоким воротником. Де Вильнёв пытается приблизиться к нему, чтобы убить, но вовремя замечает, что рядом с ним ещё четверо помощников, одетых как местные казаки и крестьяне. Томас понимает, что его не спасёт даже бронежилет. Противник в плотном кольце хорошо вооружённой охраны. Силы слишком неравны. Де Вильнёв видит, что пора уходить. Теперь он уже не Томас де Вильнёв, а по документам - купец Тимофей Тимофеевич Волынов.
Тимофей Волынов приходит в дом на окраине, который снял для него Ефрем Михайлов. Вскоре всё готово для того чтобы наконец покинуть город, в котором Вильнёв-Волынов прожил столько лет. Они долго разговаривают перед расставанием, и Волынов просит Михайлова разузнать всё о человеке со светлыми волосами и о немецком купце. Результаты есаул должен будет отправить с нарочным в заранее оговорённое место – село Колывань, расположенное на московско-сибирском тракте. Именно там живёт Степан, который поможет Томасу.
Через некоторое время новоявленный купец в сопровождении Юсуфа едет на Алтай в надежде встретить там шаманку. Слух о «смерти» бригадира де Вильнёва, который держал в страхе разбойников и бандитов во всей округе, мгновенно распространяется по городу. Это развязывает руки местному криминалу. Любая поездка становится делом крайне опасным. Волынов вместе с Юсуфом дважды натыкаются на разбойников. Первый раз им удаётся уйти от погони, но на следующий день во время стычки погибает Юсуф. Волынова вновь спасает «бронежилет». Наконец бывший бригадир добирается до стойбища алтайцев, где когда-то он встретился с шаманкой. Старик, который давным-давно видел де Вильнёва думает, что перед ним его сын и не верит, что это сам Томас Томасович. Он очень удивлён. Они почти ровесники, но Томас-Тимофей остался в цвете лет, алтаец же успел превратиться в старика. Де Вильнёв напоминает некоторые подробности о которых мог знать только очевидец тех событий. Узнав, кто на самом деле пред ним, старик алтаец рассказывает о трагической судьбе шаманки. Она действительно родила сына. Сама же умерла страшной смертью под пытками, которым подвергли её чужеземцы, рядившиеся под местных казаков. Разговаривали они на непонятном языке. Алтаец видел, как тело шаманки закопали в пещере. После соплеменники отыскали её и перезахоронили как царицу, в месте куда никто не может попасть, кроме избранных. Это место считается святым для каждого местного жителя. Куда делся мальчик никто не знает.
Тимофей Волынов понимает, что и здесь для него всё закончено. Разыскать сына вряд ли удастся, тем более что у него нет прежнего административного ресурса. Заниматься этим в одиночку, даже с деньгами – мало толку. Нужно уходить и чем быстрее, тем лучше. Единственное что задерживает здесь Волынова – необходимость найти минералы, «золотой лист» для продолжения опытов и лекарство, о котором говорила ему шаманка. Он просит алтайца привести его туда, где была похоронена эта женщина. Старик сначала отказывается наотрез и говорит, что боги его за это покарают. Однако Волынов человек терпеливый и знает – утро вечера мудренее. Пообещав большие деньги старику, он остаётся на ночь в стойбище.
Утром, действительно, всё меняется в пользу Волынова. Старика будто подменили. Он говорит, что ночью к нему, будто бы явилась сама царица-шаманка и повелела отвести гостя на священную гору, потому что отец её сына не может быть чужим. Так алтаец и делает. После того как они с Волыновым оказываются у подножья, алтаец разжигает костёр и варит зелье. Без этого Тимофею нельзя подниматься к могиле, иначе его ждёт смерть. Старик остаётся ждать внизу. Волынов поднимается на вершину горы, однако никакой могилы там не находит, он думает, что его обманывают и уже собирается назад, но уйти не может. У Тимофея подкашиваются ноги, и ему в голову приходит мысль о том что его не только обманули, ни и отравили. Ему не хватает воздуха и колотится сердце, он садится на валун и неожиданно «видит» перед собой шаманку. Та успокаивает Волынова и говорит, что так действует снадобье, без которого всякий, кто приблизится к священному камню, погибнет страшной смертью, но это скоро пройдёт (действие антитода). Тимофей чувствует, что от камня на котором он сидит идёт лёгкое тепло, и на фоне ночного неба он немного светится. Шаманка говорит, чтобы он шёл туда где её убили. Сделал это тот человек, который расправился с семьёй Томаса. Там Волынов найдет, то что нужно, это его судьба. Пусть он поступит по совести. Сейчас он должен взять немного земли из-под валуна, и держать её при себе. Если ему будет грозить опасность от людей, он почувствует запах тухлых яиц (сероводорода). Тимофей всё делает как ему говорят, видение исчезает. Он спускается с горы к костру. Алтаец падает перед ним на колени и говорит, что он единственный кроме посвящённых, кто пришёл живым, значит и он посвящённый и все обязаны его почитать. Тимофей просит отвести его к тому месту, где погибла шаманка. Вдвоём со стариком они отправляются в путь. Во время короткого перехода проводник, говорит, что в лесу недавно побывали чужие и показывает старое кострище. Местные так не разводят огонь. Волынов хочет нагнать их чтобы затем уничтожить, но старик категорически отказывается. Говорит, что главным у них злой дух, которого убить нельзя, тот самый блондин, одно упоминание о котором приводит в трепет местных жителей. Волынов чувствует, что появляется запах серы и соглашается с ним. Он понимает, что его цель теперь тот самый блондин, злой демон его судьбы, но для этого сначала нужно закончить работу, которую начал его отец. Когда они подходят к конечной точке своего пути, старый алтаец вновь говорит, что ему туда нельзя и даёт Волынову то зелье, которое он сварил раньше. Так «распорядилась» царица. Он будет ждать Волынова на берегу реки. Тимофей вскоре приходит туда, где погибла шаманка и выпивает жидкость. Он впадает в транс и «видит» всё что произошло много лет назад. Шаманка, почувствовав близость своей гибели в самый последний момент сняла с себя бусы в кольцом Томаса и бросила их в кусты. Именно его искали те, кто её убил. Бусы повисли на ветке черёмухи и потому их никто не нашёл. Волынов без труда находит и дерево и бусы – символ власти. Однако дерево выросло и ему приходится ножом резать сук толщиной в руку. Разорвать бусы он не смог, однако кольцо привязано так, что снимается без труда. Возвратившись на берег реки, где его ждёт алтаец, Тимофей отдаёт ему бусы, чем ещё больше завоёвывает уважение. Это тотем племени, потеря которого навлекла беды на весь их народ. Волынов нашёл и вернул его законным владельцам, теперь любая его просьба будет исполнена беспрекословно. Вплоть до того что он может стать вождём, несмотря на то что по крови не принадлежит к местному народу.
Они возвращаются в стойбище. Старик даёт Волынову проводника – своего сына и приказывает ему вывести Тимофея окольными путями туда, откуда он сможет беспрепятственно отправиться на «большую землю» – за Урал. По пути в одном из постоялых дворов, Тимофей слышит разговор двух купцов, которые недобрым словом поминают «немчуру белобрысую» за то что тот занял вместе со своими слугами лучшую комнату и им пришлось ночевать в бане и вдобавок нанял самых быстрых лошадей. Было это несколько дней назад. Волынов понимает, что впереди его идёт тот самый блондин догнать которого теперь очень сложно. Через некоторое время они оказываются в Колывани – там, где живёт Степан Михайлов. Он уже получил от своего старшего брата письмо и нераспечатанным отдаёт его Волынову. Ефрем пишет, что попытка установить личность и блондина и негоцианта окончилась неудачно. После отъезда Вильнёва – Волынова в кустах возле речки Киргизки было найдено тело мужчины. Опознать его невозможно, лицо изуродовано до неузнаваемости, одежды вообще нет, но на шее с левой стороны есть или родимое пятно или клеймо, напоминающее крылья. Волынов вспоминает, что у купца было такое. Он случайно видел когда тот будучи в подпитии развязал шарф на шее, из-за того что стало жарко. Кто и за что убил негоцианта есаул установить не смог. Блондин исчез из города и больше не появлялся. Волынов понимает, что он всего лишь цель для двух враждующих могущественных сил и по прошествии стольких лет ничего не закончилось. Книги у него, ларец – тоже. Материалы для продолжения опытов есть, де Вильнёв «умер». Теперь можно вновь поменять ПМЖ и продолжать работы, но возвращаться в столицы нельзя, там, его многие помнят и высока вероятность засветиться со всеми вытекающими последствиями. Нужен нестабильный регион, где его никто не знает, и можно спокойно продолжить дело.
Вопрос – куда?
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Май 18th, 2015, 2:00 pm

Виктор, привет.
Я бы не осилил написать такой синопсис( как только подумаю, что надо - так тошнота подкатывает), а ты молодец. Дело конечно твоё, но посмотри, профильтруй немного, выбрось второстепенное. Как бы объёмом не напугать редакторов.
Попробовал поискать материал по твоему земляку - информации очень мало и даже та, что есть, очень размыта. Потерзай перепиской местный музей. Уверен, что выкрутишься даже при наличии малого.
Дело теперь за "малым". Буду ждать сам текст, почитаю с удовольствием.
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Май 18th, 2015, 2:42 pm

Олег, так и есть - синопсис. Не люблю непонятные слова, потому и написал -сюжет. "Подробно" написал чтобы потом легче было. Информации о ГГ действительно мало, на то и расчёт. По поводу фильма идея хорошая, как-то об этом не думал. Может кому и сгодится. Спасибо, что посмотрел, думал уже всё... Читать внимательно я, похоже, разучился. Надо же вместо "профильтруй" прочёл "профильмуй". А и то правда.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Март 5th, 2016, 10:38 pm

Глава 1.
Господин комендант.

Глава 1


– Мой маленький Мишу! Вот булочка, которую испекла твоя кормилица, она так и просится в твой ротик и говорит – «когда же ты съешь меня, маленький Мишу?!». Тебе надо хорошо кушать, тогда ты станешь таким же большим и сильным, как твой папа. Ну, зачем ты капризничаешь, Мишу? – мама погладила меня по голове.
– Матушка, но я уже совсем взрослый! Мне почти двадцать лет!
– Глупенький мой Мишу! Для мамы ты всегда останешься малышом, даже если ты стал взрослым. Ты так похож на папу! Такой же стройный и сильный! Но ты – всё равно мой маленький Мишу, смотри какая славная булочка.
– Матушка, но вас ведь нет, я же помню похороны.
Ну что мне с тобой делать?! Хочешь, я спою твою любимую песенку про козлёнка? Ты только не отказывайся, покушай. Тебе скоро понадобятся силы, очень скоро, поешь не обижай свою маму. Ведь ты мой любимый и единственный сын. И твоя мама всегда будет с тобою рядом и будет оберегать тебя.
Мама взяла со стола колокольчик и зазвонила им.
– Послушай Мишу, как прекрасно звенит этот колокольчик. Помнишь, кто тебе его подарил?
– Да, конечно, мама, его подарила мне тётушка Эльвира. Она приезжала к нам на Рождество.
– Да, Мишу, да. Её замок в горах, в Австрии, обязательно навести её. Она будет очень рада. А сейчас твоя любимая песенка, Мишу. – Мама тряхнула колокольчик.
Маленький серенький козлик,
Сказки он очень любил,
Маленький серенький козлик,
Булочку дома забыл,
Маленький серенький козлик,
В прятки решил поиграть,
Маленький серенький козлик,
Булочку ищет опять….
Мама протянула мне булочку, и медленно растаяла в воздухе. Только колокольчик всё также звенел – динь, динь, динь. Странно, но почему-то изменился звук. Вместо серебряного динь-динь по ушам бил набат – бом, бом, бом. Наконец я открыл глаза. В комнате было удивительно светло, но это не был дневной свет! На стене плясали зловещие отсветы пламени. В дверь кто-то настойчиво колотил.
– Господин маркиз, господин маркиз, господин маркиз! Да проснитесь же, наконец! Господин маркиз! На нас напали!
Я открыл дверь и то, что я увидел, и рассмешило и озадачило одновременно. На пороге стоял месье Тиргофф – мой учитель словесности и немецкого языка. Вместо обычного строгого чёрного камзола и напудренного парика на нём была одета кираса прямо поверх рубашки. Она больше напоминала арбузную кожуру, одетую на вешалку. Впечатление усиливала абсолютно лысая голова на тонкой шее, торчащая из доспехов. Вдобавок Тиргофф ухитрился пристегнуть шпагу с правой стороны, хотя левшой он не был. Я знал это абсолютно точно.
– Месье, у вас шпага не с той стороны, – я показал на оружие. – Вы не сможете ею воспользоваться, обязательно переоденьте.
– Ах! Да какая, в сущности, разница! Маркиз, вас ждут в большом гостином зале, там сейчас ваш отец. Поторопитесь.
Одновременно Тиргофф попытался выдернуть клинок из ножен правой рукой и совсем запутался.
– Проклятье! – он попытался снять перевязь через голову, но ремень зацепился за кирасу.
– Да помогите же господин маркиз! Не умею я обращаться с оружием, – учитель развёл руками.
Я расстегнул пряжку, и шпага упала к ногам Тиргоффа.
Через минуту я уже был в зале, где шла подготовка к отражению штурма. То, что это произойдёт обязательно и, причём, в самое ближайшее время никаких сомнений у меня не осталось. Слуги деловито и тщательно заряжали ружья и пистолеты, укладывая их на наш обеденный стол. Всем этим руководил отец.
– Наконец-то, – он повернулся ко мне. – Мишель, я уже начал беспокоиться, не случилось ли чего. Уж больно долго ты добирался сюда.
– Месье, – Тиргофф сделал шаг вперёд, как бы прикрывая меня собою. – Это моя вина, господин маркиз. Я не смог быстро надеть этот несчастный панцирь, – он постучал по своей кирасе, – и потом совсем запутался в этой амуниции. Я совсем не умею обращаться с оружием.
– Господин Тиргофф, что я вам говорил? Забыли? – отец усмехнулся. – Поэтому повторяю ещё раз. Вам не стоит ввязываться в этот бой.
– Но ведь нам угрожает опасность! И как же я могу остаться в стороне, меня сочтут трусом! – воскликнул Тиргофф, округлив при этом глаза, оттого став ещё больше похожим на лысого попугая, голова которого торчала из арбузной кожуры.
– Да не волнуйтесь вы так, – отец на секунду отвлёкся от нашего разговора, – Андре, бегом в подвал и принеси оттуда пару бочонков пороха, да смотри осторожнее там! – Распорядился он. – Месье Тиргофф, с этим сбродом мы и без вас справимся. Не в первый раз. А вы ступайте в северную башню на самый верхний этаж и будьте там.
– Вы меня прогоняете?
– Как раз нет. Это самая высокая точка нашего замка, и вы будете наблюдать за ходом боя оттуда. Обязательно запишите всё как есть, сколько нападавших, какие они. Потом мы с вами обсудим всё это. Да, возьмите подзорную трубу и пару пистолетов. Кстати, вы умеете обращаться с ними?
– Конечно же, умею. Это ведь не шпага. Навёл, нажал на курок и всё, – Тиргофф взял со стола один из пистолетов и направил его на слугу, который заряжал оружие.
– Господин Тиргофф, – отец плавно отвёл ствол в сторону. – Никогда без надобности не направляйте оружие на людей, если только вы не собираетесь кого-то убить, и обязательно снимайте оружие с предохранителя – вот этот рычажок, – он пальцем опустил предохранитель. – И только после того как вы это сделаете, плавно нажмите на спусковой крючок.
– Да, я всё понял, могу идти, господин маркиз?
– Конечно, встретимся после окончания осады, и обязательно запишите всё, что увидите.
После того как мой учитель покинул зал, отец подошёл ближе и понизил голос.
– Послушай сын, не всё так благополучно, как я говорил твоему учителю. Вон там, на опушке леса, сам посмотри, только аккуратнее, лучше из дальнего окна зала и так, чтобы тебя видно не было. Возьми самую большую подзорную морскую трубу.
Я отошёл в конец зала и осторожно отодвинул, штору, прикрывавшую окно. Труба действительно была превосходной, хотя и достаточно длинной и из-за этого неудобной. Но зато опушка леса, о которой говорил отец, была как на ладони. Передо мной предстало всё воинство, собиравшееся штурмовать наш замок. Судя по одежде, это были в основном дезертиры-оборванцы и местные крестьяне надеявшиеся подзаработать на грабеже. Пять – шесть дюжин, не более. Нас, защитников замка, конечно, вдвое меньше, но мы за стенами, а они в чистом поле. Это многое решает. Потери наступающих в таком случае могут быть многократно выше, чем обороняющихся. Правда есть и «но». Те, кто сейчас был возле леса, в основном бывшие солдаты и крестьяне, а те, кто в замке, наши слуги, люди не всегда хорошо владевшие оружием. Пример – Тиргофф. Ко всему прочему женщины и несколько детей. Им придётся ждать конца боя в самом защищённом месте в той самой северной башне, куда отец отправил Тиргоффа. Стоп, стоп, а это что такое? В поле зрения оказались несколько человек в одинаковых тёмных плащах и масках. Судя по всему именно они распоряжались всем этим сбродом. И только один из них стоял в стороне и как бы не принимал участия в подготовке осады. Но судя по тому, как к нему подходили и отходили «плащи», именно он и был главным во всей этой компании.
– Что скажешь, Мишель? – поинтересовался отец после того как я подошёл к нему.
– Там девять человек, которые никак не похожи на всех остальных.
– Одиннадцать, Мишель, одиннадцать, – поправил он меня.
– Кто эти люди, отец?
– И я хотел бы знать это.
– Быть может, кто-то из наших соседей всё подстроил?
– Сомневаюсь, Мишель. Граф де Иссан и виконт Мантре – мои друзья. Я отправил к ним посыльного с просьбой о помощи. Маркиз Рокфор умер два года назад, его сын – Томас уехал в Испанию, а потом в Америку и ничего о нём я не слышал. Да и у нас никогда не было с ним не то чтобы ссор, но даже никаких недоразумений! Только однажды его крестьяне рубили наш лес и всё! Маркиз потом извинился и заплатил за ущерб, замечу, сам заплатил. Я не хотел брать деньги, но он настоял. После этого мы не один раз вместе охотились. Ума не приложу, кто бы это мог быть.
Однако последние слова были сказаны как-то неуверенно и отец, видимо, заметил мою настороженность.
– Мишель, ты уже совсем взрослый и мне есть что тебе сказать, но это после того как мы покончим с бандитами. Разговор может быть долгим, сейчас не время. Восемь человек на позиции около ворот замка. Ты главный. Я думаю, там может быть отвлекающий удар, основной штурм начнётся с южной стороны. Здесь буду я и большинство наших людей.
– А северная сторона?
– Мишель, глубокий ров с водой, отвесная стена без окон, без малого шестьдесят футов высотою! Нужно быть самоубийцей, чтобы попытаться взобраться на неё! Ведь там даже негде поставить лестницу. Они даже не смогут забросить верёвку с крюком, чтобы подняться по ней. Но я всё равно отправил туда пятерых, слуг. Старшим будет Чжао – мой камердинер. Он человек проверенный и военное дело знает хорошо.
– Отец, что здесь произошло, до моего появления?
– Надо спасибо сказать нашему старшему конюху – Жану. Он успел закрыть ворота на дополнительные запоры. Ему показались подозрительными монахи, которые просили ночлег.
– Но почему?
– Он, ведь, бывший солдат. Жан сказал мне, что военную выправку всегда видно. И неважно во что одет человек. Он поднял тревогу, когда эти монахи попробовали открыть ворота. Подоспевшие слуги начали стрельбу. Благо, что заряженное оружие было в караульном помещении возле ворот. Одного из нападавших убили, ещё одного ранили, остальные просто сбежали. Затем, слуги подняли подвесной мост. Здесь они вряд ли прорвутся. Но приказываю тебе сын мой, пока не будет моего распоряжения, оставайся на месте, договорились?
– Да, отец. Но если потребуется моя помощь, а вашего приказа не будет, как мне поступать?
– Мишель, война на то и война. Всего предусмотреть невозможно, поступай по обстановке, береги себя и людей, а сейчас по местам, кажется, скоро начнётся. Видишь, как светло стало? Бандиты опять зажгли сено, чтобы им было видно куда идти.
– Не понимаю, они же, как на ладони! Это, просто, самоубийство!
– И я тоже не всё понимаю, однако пора. Оружие и люди уже на месте, иди к воротам.
Он обнял меня. Такой сентиментальности я не помнил со времени похорон мамы. Вскоре я был уже на месте. Действительно, воинский опыт никуда не делся у нашего Жана. Всё оружие было приготовлено к бою, люди стояли возле бойниц, готовые открыть огонь по приказу.
– Господин маркиз, – он подошёл ко мне. Мы готовы, оружие заряжено, люди на местах, если эти ублюдки полезут, они получат своё! Я ещё кое-что умею.
– Вижу, Жан. Как думаешь, зачем они подожгли сено?
– Как зачем? Чтобы лучше было видно, и потом, господин маркиз, мы смотрим на огонь, и видим только силуэты, а они кажутся больше чем сами люди. Нам легче промахнуться, чем им. Если стрелять не по тем, кто против нас, то будет лучше нам, а так… ну мы им тоже кое-что припасли на закуску, как знали. – Он показал на небольшие железные коробки, стоящие в углу.
– Что это?
– Бомбы. Дёргаешь шнур, который болтается сбоку, и бросаешь вниз. Даже ничего поджигать не надо. Уверяю вас, в десяти шагах ничего живого не останется. Мы с вашим отцом это совсем недавно испытали на баранах. – Теперь будем пробовать на этих… баранах, – добавил он. Кажется, началось. – В этот момент раздался грохот выстрелов и крики с южной стороны замка. – Господин маркиз, принимайте командование.
– Всем внимание! – я прокашлялся, чтобы голос был громче. – Огонь только по моей команде, стрелять наверняка. Приготовились!
На противоположной стороне рва появились несколько человек, которые волокли что-то к воде. Свет от горящего стога сена на опушке леса действительно мешал рассмотреть их хорошо.
– Господин маркиз, разрешите мне, – Жан похлопал ружьё с длинным стволом стоявшее рядом. – Эта штука взрослого оленя прошивает насквозь, а у меня их три, и порох хороший, ваш отец сам делал.
– Если уверен, давай.
Слуга не торопясь уложил ствол на подоконник бойницы и замер на секунду. От грохота выстрела заложило уши.
– Ага, есть один! – он взял второе ружьё. Ещё выстрел, и я увидел, как фигура на противоположной стороне рва, нелепо взмахнув руками, упала в воду. Остальные бросились к лесу.
– Это вам, не на большой дороге грабить, сволочи. – Жан передал оружие парню, стоящему рядом. – Заряжай, чего стоишь, – распорядился он. – Мы надолго отбили им охоту соваться сюда. Скоро эта осада закончится, они здесь потеряли уже четверых. Господин маркиз, быть может, мы обойдёмся и без вас, а вы отправитесь туда, где сейчас идёт штурм?
– Нет, Жан, нет.
– Стоп, а это что такое? тише, пожалуйста, – слуга поднял палец кверху, заставив меня прислушаться. – Во дворе замка уже раздавались крики и выстрелы.
Я подошёл к окну, выходящему во двор, и увидел в свете факелов невообразимую картину. Разбойники были всюду! Кое-где ещё раздавался шум борьбы, но, похоже, судьба замка была решена. И всё это произошло за считанные минуты! Проклятье! Но я даже не мог выстрелить из ружья! Внизу были наши, и в случае промаха пуля досталась бы не тому, кому она предназначалась. «Маски» вели себя как хозяева, их командир снова стоял в стороне и наблюдал за всем этим, будто бы не принимая никакого участия в схватке.
– Жан, за мной! – скомандовал я и бросился по лестнице вниз. Главной целью для меня сейчас был командир нападавших.
Спустившись во двор, я оказался совсем недалеко от главаря. Выстрел из пистолета, и моя пуля сбила шляпу с него. Если бы не коренастая фигура, то я бы мог подумать, что передо мною была женщина, белокурые волосы рассыпались по плечам. Человек схватился за голову, видимо пуля всё же зацепила его. Тут же его закрыли подбежавшие «плащи». Судя по всему, наше появление оказалось неожиданным для нападавших. На какое-то время они растерялись и начали отступать к северной части замка, но это длилось совсем недолго. Слишком был велик перевес в численности. Вдобавок я заметил, что их становилось всё больше и больше, пистолеты, которые мы захватили с собой, сделали своё дело, но сейчас были бесполезны, заряжать их было некому. В пылу схватки я увидел, что «плащи» пытаются взять меня в кольцо, и это им почти удалось. Из нас, восьмерых, оборонявших ворота замка, остались только мы с Жаном. Старый конюх, действительно умел биться. Те, кто пытался приблизиться к нему ближе, чем на длину его клинка, даже не успевали пожалеть об этом. Я видел это своими глазами. Жан делал неуловимый выпад, и противник падал, обливаясь кровью. И вот сейчас Жан был у меня за спиною.
– Мишель! – прохрипел он. – Прорываемся через конюшню. Прикрой меня сзади, не отставай!
То, что было дальше, напоминало скорее кошмарный сон, чем явь. Люди, лица, звон клинков – всё слилось в каком-то неистовом танце, я почувствовал, что мои движения стали неуклюжими и медленными, но спасительная дверь была совсем близко. Рядом грохнул выстрел, и краем глаза я увидел, как огромный детина с дубиной сложился пополам и медленно завалился на бок. Меня сзади кто-то дёрнул за портупею, и я оказался в конюшне. Тут же захлопнулась дверь, и Жан опустил засов.
– У нас есть немного времени, – сказал он. – Пока они разберутся, что к чему, пока выбьют дверь, успеете уйти, господин маркиз.
– А ты, Жан?
– Мне уже поздно, я ранен живот и долго не протяну, – он показал на расплывшееся пятно крови.
– Без тебя не пойду. Давай перевяжу.
– Не стоит, кровотечение внутреннее, даже если бы сейчас рядом был доктор, то и он бы не смог помочь, точно знаю, потому что видел не один раз такое. Там, за последним стойлом есть небольшая дверь, которая ведёт в подвалы, а оттуда можно незаметно уйти из замка, так что никто не заметит. Ключ слева за косяком. Поторопитесь, господин маркиз, кажется, эти ублюдки уже начали ломать дверь. Я их угощу на прощание таким ужином, который они проглотить не смогут.
Он достал из-за пазухи плоскую железную коробку со шнуром.
Снаружи раздались тяжёлые удары, от которых дверь затрещала.
– Прощайте, да уходите же, маркиз, чёрт побери!
Я кинулся вдоль прохода и почти был у цели, когда увидел то, что заставило меня замереть. Два последних стойла были завалены телами людей, наших людей! Женщины, дети, слуги и даже мой пёс Аргус. Все были мертвы. Ближе всех к выходу в своей кирасе лежал Тиргофф, нелепо закинув руку с пистолетом за голову. Вместо лица было кровавое месиво. То, что я видел во время схватки, ни в какое сравнение не шло с тем, что сейчас было передо мною. Дикая ярость закипела в груди, мир сузился до размеров конюшни. Я ощутил дрожь в руках, но это не был страх. Сердце бешено стучало в груди. Я выдернул шпагу из ножен и рванулся обратно, но страшной силы удар, последовавший за вспышкой, свалил меня на пол. В ушах зазвенело, и опустилась темнота, которую я ощутил физически, как нечто липкое и тягучее. Появился резкий запах, от которого запершило горло, и я закашлялся. Наверное, так пахнет в аду.
– Ну, наконец-то. Я уже думал, что не смогу привести тебя чувство, – рядом со мной на полу сидел отец. – Как ты, Мишель?
– Нормально, отец, – я попытался пошевелиться. – Только тело болит, будто на меня упала лошадь.
– Надеюсь, это пройдёт. На, проглоти, это придаст тебе силы, – он протянул мне маленький серебряный медальон, в котором лежали белые кристаллы, похожие на соль, действительно, на вкус оказавшимися горькой солью. Я почувствовал прилив силы и тут же вскочил на ноги.
– Не торопись, Мишель, дай себе немного времени, чтобы привыкнуть к этому снадобью. Учти, что его действие заканчивается через шесть часов.
– А что потом?
– Потом ты будешь спать целые сутки, иначе нельзя. Чудес не бывает, ты сейчас берёшь силы в долг, если так можно сказать. Но потом их обязательно нужно восстановить, иначе в твоём теле могут начаться необратимые процессы разрушения. Помни это. И ещё… Мишель, пойми меня правильно. Я давно хотел поговорить с тобой, да всё времени не хватало. Дело в том, что я занимался алхимией. И, возможно, это нападение на наш замок связано с моей работой. Сдаётся мне, что это так. Ты обратил внимание, на того, кто был во главе всей этой шайки?
– Конечно, я едва его не убил из пистолета. Жаль, что промахнулся.
– Мишель, сын мой, заклинаю тебя, до тех пор, пока не постигнешь в совершенстве искусство боя и не овладеешь, знаниями, которые я тебе передам, не вступай с этим человеком в поединок!
– Но почему?! Я молод и силён, Чжао научил меня многим приёмам фехтования…
– Потому, что он с тобой расправится в два счёта, как ты бы это сделал с маленьким ребёнком, вздумай он напасть на тебя со шпагой. Я уверен, если бы на его месте был кто-то другой, твоя пуля попала бы точно в цель. А это, это, не человек, это демон. Я однажды уже сталкивался с ним. Он и тогда сумел избежать верной гибели от моего клинка. Это было, когда разбойники напали на нашу карету в лесу. Тогда погибла твоя мама.
– Так это он?
– Нет, стрелял кто-то другой, но этот человек, как и сейчас, был главным.
– Отец, что ему нужно от нас?
– Мишель, за многие годы работы я получил кое-какие результаты, и думаю, что он и те, кто за ним стоит, охотятся именно за этим. Я всё подробно описал, и ты обязательно это прочтёшь. Обещай мне, что закончишь мою работу и никогда не используешь полученные знания во вред людям и не передашь их кому бы то ни было, ни за какие деньги. Только во благо и только если тебя будут об этом просить.
– Обещаю, отец, но почему вы мне сейчас говорите об этом?
– Потому, сын мой, что моё время в этом бренном мире совсем скоро закончится. – Он расстегнул куртку, и я увидел пятно крови поверх повязки.
– Отец, и вы?
– Кто ещё?
– Жан, его ранили в живот, и он сказал, что это смертельно.
– Меня, почти также. И если бы не мои снадобья, я бы не протянул и четверти часа, а так, видишь, могу разговаривать, потому, что не чувствую боли и даже сил хватило тебя сюда перенести с помощью Чжао после того как он тебя нашёл в конюшне.
– Отец, что произошло. Ведь мы должны были отразить нападение, вы же об этом говорили. И сил у нас для обороны было вполне достаточно.
– Нас предал, тот, кого я отправил в подвал за порохом.
– Андре?
– Да, он. Не знаю, сколько ему заплатили, но только он знал, где ключи от потайной двери в крепостной стене. К счастью он не всё знал.
– Но этот человек служил у нас много лет, и ни в чём не нуждался!
– Это ты так думаешь, а он решил по-другому.
– Но почему?
– Старые грехи твоего деда. Андре – сын моего незаконно рожденного брата, который свои дни закончил на каторге, за убийство торговца. Мой отец пытался уладить это дело, но не получилось.
– Так он наш родственник?
– В известном смысле – да. Ума не приложу, как они нашли его? Думаю, пообещали, что станет дворянином, сыграли на честолюбии, но хватит об этом. – Отец поморщился, прижав рукой раненый бок. – Кажется, действие лекарства заканчивается. Поэтому слушай внимательно.
В этот момент за дверью в коридоре раздались голоса, и он умолк, выжидая пока они затихнут.
– Времени совсем мало, Мишель. Я буду краток. Последние двадцать лет я посвятил алхимии. Я уже говорил.
– Я об этом догадывался.
– Результаты всех моих исследований у мэтра Франсуа, что живёт в Париже, улица Лефевр семнадцать. Это доверенный человек нашей семьи. Вот тебе ключ от ларца, в котором все документы. – Отец дал мне маленький ключик на золотой цепочке. – Никогда не расставайся с ним. Это наше фамильное кольцо, – он протянул мне перстень с чёрным блестящим камнем. – Оно переходит по наследству к старшему мужчине в роду. И ещё, прошу тебя, не ищи справедливости и защиты у короля. За мои занятия могут отправить на костёр.
– Но отец…
– Делай то, что я тебе говорю, – голос его стал твёрдым. – Немедленно покинь наш замок через подземный ход, который выведет тебя на край оврага. Сюда больше не возвращайся ни под каким видом. Возле выхода в сундуке ты найдёшь одежду простолюдина. Обязательно одень на себя чёрный кожаный жилет. Он защитит тебя от холодного оружия, и там же рекомендательное письмо мэтру Франсуа в футляре. Это не просто футляр, это нож с выкидным лезвием. Осторожнее с ним, он очень острый. Чтобы вышло лезвие нажми на крышку. Письмо написано на гербовой бумаге нашего соседа графа де Рокфор с его подписью и печатью. Ты гувернёр его сына – Томас Лерой. Франсуа должен согласно воле де Рокфора выплатить тебе небольшую сумму за службу. Футляр откроешь только в присутствии Франсуа. Если это сделает кто-то другой, мэтр без труда определит подмену, и выдаст деньги. Не хочу, чтобы из-за меня у него были неприятности. Нашему поверенному можешь доверять как самому себе. В вещах есть ещё пара таких листов. Возможно, они тебе могут пригодиться. Всё, что связано с нашей фамилией должно исчезнуть. После того как Франсуа прочтёт письмо без каких-либо требований с его стороны покажешь ключ от ларца. И только тогда он отдаст тебе сам ларец и наши деньги. Я делаю так на тот случай, чтобы ларец не попал в чужие руки.
– Отец, но бумаги с подписью графа Рокфора? это же…
– Мошенничество? Никоим образом, мой сын. Старый граф умер недавно, ты знаешь. Его сын наделал много долгов и бежал в Испанию, а потом, по слухам, в Новый Свет. Это подкосило здоровье де Рокфора. К тому же его замучили кредиторы. Имение пришло в упадок, и последние два года он только и делал, что отбивался от них. Его управляющий, на беду, оказался изрядным плутом, и графские деньги, точнее, то, что от них осталось, перетекли в его карман. В том числе и с помощью этих бумаг. Граф доверял ему всё, и дал в пользование такие листы, чтобы самому не заниматься делами.
– Но как же так можно?
– Не знаю сын, не знаю. Может, чем опоили старика, но теперь это неважно. Перед смертью он попросил меня взять на себя заботы о похоронах, и уладить все дела после того. Имение пошло с молотка, но денег хватило только на то, чтобы погасить требования кредиторов. Управляющий сбежал. Бумаги графа я нашёл, когда разбирал его библиотеку перед продажей.
Кольцо и ключ от ларца держи при себе, но так, чтобы их никто не видел. В сундуке есть и деньги, тебе хватит, чтобы добраться и до Парижа, и на первое время там. И ещё запомни, в кармане твоего плаща лежит пуговица от твоей одежды. Покажешь её Вильтрану – пасечнику. Ты знаешь, где он держит своих пчёл. В деревню не заходи. Люк подземного хода вон там, в углу, под шкафом, – он кивнул в сторону. – Сейчас я открою его, а ты не забудь закрыть засовы изнутри. Прощай, мой мальчик, – его лицо исказила гримаса боли.
– Отец!
– Иди, я тебе приказываю!
– Кажется, здесь кто-то есть, – из коридора раздался хриплый голос. – Эй! Все сюда! Они здесь!
В дверь раздался стук.
– Откройте, если хотите остаться в живых! Откройте, чёрт побери, я вам приказываю! Тащите сюда что-нибудь тяжёлое! Будем ломать эту дверь.
– Мишель, умоляю, уходи, – отец закрыл глаза.
– Сейчас мы их выкурим! – Раздалось за дверью. – Эй, отойдите все от этой двери! – Через мгновение грохнули выстрел, и отлетевшие щепки больно хлестнули по лицу.
– Отец, отец… – позвал я, но он молчал, и мне стало понятно, что его больше нет. Видимо нападавшие принесли что-то тяжёлое и мощный удар едва не вынес дверь. Я с трудом протиснулся в люк, открывшийся в стене. Один засов, второй, третий, всё как говорил отец. Открыть этот люк снаружи при таких запорах просто невозможно. Странно, но в тоннеле, в котором я оказался, передо мной на стене светилось пятно и под ним я разглядел небольшой фонарь со свечой внутри. Однако за стеной раздался грохот падающей двери и вслед за этим голоса.
– Проклятье! Здесь только старый маркиз! Но я же слышал, как он с кем-то разговаривал! – Это говорил наш Андре. Его кто-то одёрнул.
– Пить меньше надо! – дальше посыпалась брань. – Маркиз мне нужен был живым! А ты что натворил!?
– Но я ни при чём, – попытался оправдаться Андре. – Я в него не стрелял…
– А где китаец? Где молодой щенок?
– Наверное, убиты.
– Ну, смотри, если не так! Ты уже не выполнил условия нашего соглашения. Маркиз мёртв, и кто-то из них остался в живых. Ты понимаешь, что это значит? Для твоей тупой головы не доходит?
Дальше я слушать не стал. И так ясно, кто предатель. Во мне закипела ярость, и я уже готов был открыть люк и напасть на тех, кто был в комнате, но голоса замолкли, видимо люди вышли.
Путь к выходу оказался весьма недолгим и занял немного времени. Светящиеся пятна на стенах оказались весьма неплохими ориентирами в узком коридоре, да и свеча в моём фонаре горела на удивление ярко для своего размера. Перед выходом в нише стены стоял небольшой сундук, в котором я нашёл целых три комплекта одежды. Одев то, что оказалось мне по размеру, я выбрался на улицу, задвинув за собой крышку люка. Место оказалось мне хорошо знакомым. Здесь мы с отцом и нашими гостями охотились не один раз. Однако пора искать пасечника Вильтрана, времени осталось совсем немного, судя по тому, что на востоке уже забрезжил рассвет. Будет очень смешно, если я усну где-нибудь посреди дороги. В таком состоянии оказаться жертвой лесных грабителей или, на худой конец, обычных проходимцев, проще простого.
Я проверил всё ли на месте, закинул мешок с нехитрыми пожитками за спину, и перед тем как отправиться в путь, засунул нож с выкидным лезвием в рукав своей куртки. Как и говорил отец, обычный футляр, в котором рекомендательное письмо, но стоит надавить на крышку, и из этого «футляра» появится обоюдоострое лезвие, острое как бритва, сделанное из дамасской стали. Им можно даже пробить лёгкую кольчугу. Вдобавок, на мне был одет чёрный жилет, в кожу которого прошиты металлические нити. Это, несомненно, утяжеляло его, но и спасало в известной степени от холодного оружия.
По узкой тропинке я выбрался из оврага. И хотя мой отец всегда говорил: – если уходишь, не оборачивайся, но что-то кольнуло в груди. Я не выдержал и бросил взгляд туда, где был наш замок, где был мой родной дом. Он стоял величаво и мрачно, выделяясь тёмной громадой на фоне светлеющего неба. Почти во всех окнах горел яркий свет. Разбойники, судя по всему, занялись своим обычным делом – грабежом. По всей округе разносились их пьяные крики. Ожесточение боя осталось позади и его сменило чувство беспредельного одиночество. Я вдруг понял, точнее, ощутил его всей своей душой – глубокое, безраздельное и холодное, как могильная плита. Слёзы сами собою потекли по щекам. Нечто подобное я уже испытывал в детстве, когда умерла мама, но тогда рядом был отец и близкие люди. Они, как могли, оберегали и успокаивали меня, потому, что любили, каждый по-своему пусть и не всегда говорили об этом. А сейчас… сейчас, пришло осознание того, что я больше никогда не увижу неуклюжего и чопорного Тиргоффа, в его напудренном парике. Китаец Чжао не будет обучать меня искусству рукопашного боя фехтованию и стрельбе, а наш старина Жан – премудростям охоты. И рядом никогда не будет моего отца – всегда немногословного и невозмутимого, с которым мы так и не поговорили по душам. Их больше нет, и это короткое слово, будто тяжёлый камень давило мне грудь.
Я присел на валун, рядом с тропинкой и в таком состоянии провёл некоторое время. Постепенно чувство тоски и безысходности вновь уступило место ожесточению и ярости. И пусть говорят, что тот, хочет отомстить, выкопает две могилы, одну из них – для себя, пусть! Но я обязательно найду и уничтожу тех, кто это сделал, как бы они не прятались, и кем бы, не были! И клянусь, сделаю это! В последний раз я взглянул на родной дом и поднялся, чтобы отправиться в путь. В этот момент над крышей замка высоко вверх взметнулось яркое пламя, словно молния, озарившее всю округу. Вслед за этим раздался ужасный грохот, от которого заложило уши, и будто невидимый великан толкнул меня в грудь. Я едва устоял на ногах. Наш замок рассыпался, словно был сделан из песка. Там, где только что возвышались его стены, к небу поднимались клубы пыли и дыма. Вот теперь можно уходить, не оборачиваясь, потому, что смотреть больше не на что.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Март 6th, 2016, 1:20 am

Виктор, привет.
Да, не частые вы с Владом гости. Поворошу немного текст.
Виктор Кобеев писал(а):– Мой маленький Мишу! Вот булочка,

Читал или слышал где-то, что не рекомендуется так начинать, тем более, первую главу. А если так. "Мама гладила меня по голове приговаривая:
- Мой маленький....".
Виктор Кобеев писал(а):Ну, зачем ты капризничаешь, Мишу?

Туи имя можно убрать, чтобы не частить.
Виктор Кобеев писал(а):Мама взяла со стола колокольчик и зазвонила им.

Окрнчание предложения, как-то не очень. Покрути. Можно после "колокольчик" поставить точку и продолжить коротким предложением указывающим на звук колокольчика(приятный, серебренный, звук валдайского колокольчика).
Виктор Кобеев писал(а):Странно, но почему-то изменился звук.

Вот и подсказка тебе. Каким был звук до этого?
Виктор Кобеев писал(а):ввязываться в этот бой.

Выбрось "этот", Иначе, напрашивается мысль, что "этот" является исключением, а вот во всех последующих "вояка" может драться.
Виктор Кобеев писал(а):торчала из арбузной кожуры

Лучше - "корки".
Виктор Кобеев писал(а):бегом в подвал и принеси оттуда пару

Убери "оттуда". Ты уже сказал - откуда.
Виктор Кобеев писал(а):после того как я подошёл к нему.

Или, "вернулся к нему".
С удовольствием продолжу завтра. У вас троих, какая-то истроко-приключенческая серия пошла. Пора бы и Владу что-то выбросить.
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Март 6th, 2016, 10:36 am

Олег, спасибо. Глаз замыливается и уже не замечаю своих ляпов.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Март 7th, 2016, 12:23 am

Да ляпов у тебя и нет. Мелочь одна. Зная тебя, думаю, их и не будет.
Продолжим.
Виктор Кобеев писал(а):стоящие в углу.

Лучше - "стоявшие".
Виктор Кобеев писал(а):десяти шагах ничего живого не останется.

Что-то не то. А если так. "...в десяти шагах никого из живых не останется".
Виктор Кобеев писал(а):в кожу которого прошиты металлические нити.

Или - "...в кожу которого вшиты металлические нити". Иди - "...кожа которого была прошита металлическими нитями."

Что можно сказать? Завернул ты лихо. Просто отлично. Особенно понравилось, как ты нарисовал стычки - без, зачастую, ненужных подробностей и, как как правило, с неточностями(любители кровушки и бело-розовых мозгов на стенах, будут недовольны) и, в то же время всё показал. Отличный пример - как надо обходить "острые углы".
Есть правда, малые непонятки по логике.
Глава начинается со сна ГГ. Потом всё происходит достаточно скоротечно и, судя по тому, что нападавшие жгут сено, дело происходит у же, если не в ночь, то, по крайней мере, в сумерки.
Попробуй ввернуть, что это был послеобеденный сон и дело происходило осенью(когда световой день короток). Окончание главы можно разбить на несколько абзацев. Там есть возможность(легче усваиваться будет).
Понятно, что дело происходит во Франции, думаю, что во второй главе ты очень коротко расскажешь "биографию" ГГ.
Всё отлично, читалось с интересом. Если продолжишь в том же духе, будет - супер.
Успехов.
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Март 8th, 2016, 9:18 am

Олег, первые две главы будут похожи на "стрелялки-догонялки". По-другому заставить повзрослеть ГГ пока не получается. Чтобы противостоять организации, похожей на иезуитов в одиночку, одного владения шпагой мало, надо научиться смотреть вперёд, хотя бы чуть, чуть. В 20 лет это сложно. Мне пришлось нарисовать сетевой график, где появляются второстепенные персонажи. Без них никак. Спасибо, что разбираешь всё по косточкам. Сначала накидаю всё, потом буду подстрагивать.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Май 22nd, 2016, 9:55 pm

Глава 2

Найти попутчиков для дальнейшего путешествия оказалось делом совсем не трудным. Каждый день в столицу уходили караваны с товарами и их хозяева не гнушались никаким заработком, брали попутных пассажиров, грузы и тому подобное. Никто на меня особого внимания не обращал, а ехал я «по делу, связанному с наследством». Так, по сути, оно и было. Какой-то клерк, из торговой конторы, которых здесь тьма тьмущая, кому он нужен? Дорога до Парижа заняла несколько дней, и всё обошлось без приключений.
Оказавшись в столице, я первым делом занялся тем, что нашёл себе недорогое жильё и даже не одно. Обе квартиры я снял в четырёх кварталах друг от друга, предупредив хозяев, что возможно буду ночевать не каждую ночь. Выбор между комфортом и безопасностью, после того, что произошло со мной за последнее время, был, конечно же, в пользу последней. Комнаты оказались похожим на ту, что я снимал в Лионе. Разница была лишь в том, что до рынков, а здесь их было целых три, приходилось идти немного дольше. Этот район мне понравился не только доступными ценами на жильё. В случае чего, тут гораздо легче затеряться в толпе. В то время когда я бродил по рынку, подбирая себе одежду простолюдина, на глаза попался торговец, перекупщик или старьёвщик, который продавал со своего прилавка совершенно различные вещи. Брал за гроши всё, что ему предлагали, и продавал многократно дороже. Моё внимание привлёк небольшой медный цилиндр, цена которого была весьма высокой.
– Что это?
– Месье, это складная подзорная труба, очень хорошая, видно просто великолепно. Можно даже положить в карман. Желаете посмотреть? – не дожидаясь ответа, он раздвинул трубу и протянул её мне. Линзы оказались, действительно превосходными. Я без труда смог рассмотреть лица людей в окне дома возле рынка. Если в таких местах мне попадаются вещи, которых там обычно не бывает, значит надо брать. Случай с тростью-шпагой – хороший пример. Поэтому…
– Беру, – я отсчитал продавцу деньги.
– А это что такое, – я показал на свёрнутый клубок волоса, лежавшей здесь же на прилавке.
– О! это я приобрёл у одного комедианта, – продавец усмехнулся. – Падший человек, который только и думает о том, как бы ему выпить. Это парик, накладные усы и борода из конского волоса, и даже есть клей. Если вы захотите кого-нибудь разыграть, поверьте, вас никто не узнает. Нужно только немного подогреть клей, перед тем как воспользоваться этими вещами. Всё выглядит так, что невозможно отличить от настоящих человеческих волос. Примерьте, пожалуйста, – он достал зеркало.
Да, действительно с такими рыжими кудрями я выглядел весьма необычно. Бороду и усы я приклеивать не стал. Разыгрывать мне в ближайшем будущем вряд ли кого придётся, а вот менять свой облик, чтобы остаться в живых – вполне возможно. Не долго думая я забрал весь комплект.
Идти сразу к мэтру Франсуа, я не решился. Вспомнились слова Каракозиса о том, что торопиться не следует, и нужно быть наблюдательным и осторожным, если хочешь достичь своей цели. Мне пришлось покрутиться пару дней возле дома нашего доверенного, чтобы подготовиться к встрече. Он жил на окраине, но дома, что стояли на улице Лефевр или строились там, предназначались явно не для бедняков или богатых аристократов. Переодевшись в одежду, купленную на рынке, я несколько раз прошёлся возле его усадьбы. Небольшой, аккуратный двух этажный дом с мансардой, маленький чистый дворик, затянутый зеленью – все говорило о том, что здесь живут люди, которые любят это место. Впечатление благополучия усиливала детская песочница, которую я разглядел сквозь щель в заборе. Однако моей целью было не только найти мэтра Франсуа, но и те места, где располагались проходные дворы и переулки, по которым быстрее всего можно уйти от этого дома незамеченным. И тупики, способные стать ловушкой. Внимание привлёк дом невдалеке, стоявший на пригорке. Заросший сад возле него, не видевший ухода весьма долго, примыкал сзади непосредственно ко двору Франсуа. Это ещё больше усиливало контраст. Судя по всему, хозяев здесь не было очень давно. Двери и окна, забитые досками, сорная трава во дворе, и мусор, валявшийся вокруг, говорили о том, что здесь уже долго никто не живёт. Пробравшись во внутрь, я безо всякого труда обнаружил причину. В доме был пожар, но не сильный, когда выгорает вообще всё. Закопчённые потолки и стены говорили об этом. Почему дом так и не был отремонтирован или продан новым хозяевам, для меня осталось загадкой. Поднявшись на второй этаж и устроившись удобнее возле окна, я достал своё новое приобретение – подзорную трубу и принялся разглядывать усадьбу Франсуа. Передо мной она была словно на ладони, правда, только та часть, что выходила во двор. Сквозь открытые окна было видно то, чем занимаются обитатели дома. Подождав некоторое время, и осмотрев улицы вокруг, никаких признаков засады или слежки за домом я так и не увидел, сколько не старался. Однако, выйдя на улицу, я столкнулся лицом к лицу с нашим доверенным – невысоким сухопарым человеком в чёрном камзоле и ощутил на себе его пристальный взгляд. Вопреки ожиданиям он прошёл мимо, так и не окликнув меня. А я, естественно, представляться не стал.
На следующий день, как только я постучал в дверь дома Франсуа, мне открыл его слуга.
– Что желает месье? – поинтересовался он.
– Видеть господина Франсуа.
– Как прикажете доложить, и по какому делу?
– Мишель Монпасье, – свой дворянский титул я назвать не стал. – О моих делах мэтр осведомлён.
– Один момент, – дверь захлопнулась перед моим носом, и я остался на улице.
Однако не вежливо встречают – подумал я, но вскоре тот же самый слуга пригласил меня войти. Пройдя по коридору вслед за слугой, мы оказались в небольшой комнате, где за столом сидел мэтр Франсуа. Поразительная чистота и аккуратность в мелочах и здесь была основой интерьера.
– Месье Монпасье, – он выдержал небольшую паузу. – Я хотел бы видеть…
– Рекомендательное письмо? Вот оно, – я достал футляр из кармана и извлёк оттуда свиток. – Пожалуйста.
Франсуа взял лупу, лежавшую на столе, и внимательно прочёл письмо.
– Последнее время видеть хуже стал, – сказал он. – Уж больно много читать приходится. Письмо настоящее, и я готов выдать вам оговорённую сумму.
– И всё?
– Вы ещё что-то желаете?
– Да, нож или ножницы.
После того как я распорол подкладку и извлёк ключ от ларца, лицо Франсуа просветлело.
– Ну, это другое дело, вижу теперь, и письмо настоящее и предъявитель его – тоже. – Он улыбнулся. – Рад вас приветствовать у себя, господин маркиз. То, то ваше лицо вчера мне показалось знакомым. Сначала я подумал, что простое сходство, на дворянина вчера вы не особенно походили, и если бы я не знал вашего отца достаточно хорошо, не обратил бы вообще никакого внимания. А теперь молодой человек, будьте любезны, изложите во всех подробностях всё, что произошло. Это, – он показал на письмо, лежавшее на столе. – Самый крайний и самый неблагоприятный случай из всех, что можно предполагать.
– Но там же ничего нет, господин Франсуа! – Обычное рекомендательное письмо на имя другого человека с просьбой оплатить услуги, как говорил отец, и не более.
– С ним была устная договорённость. – Он легонько постучал лупой по столу. – С помощью этой штуки я смог прочесть его прямое распоряжение – передать вам оговорённые предметы и деньги. Если бы кто-то другой прочёл ваше рекомендательное письмо, и под вашим именем попытался бы получить деньги, я бы знал это сейчас же. На фамильном гербе графа де Рокфор через несколько минут исчез бы один маленький зубец в графской короне, а он оказался на месте, и к тому же ключ, который вы показали. И всё же, я хотел бы знать обо всём, что случилось с вами за последние дни.
По мере того как я говорил, лицо Франсуа становилось всё мрачнее. После того как я закончил повествование о своих злоключениях он заметил.
– Месье маркиз, вы предусмотрительны, не по годам, очень предусмотрительны, смею заметить.
– Благодарю за комплимент. Когда тебя трижды пытаются убить за неделю, быстро взрослеешь, и поневоле начинаешь продумывать каждый свой шаг. Иначе не выжить.
– Вы, действительно никого не заметили, когда наблюдали за моим домом?
– Совершенно никого, месье Франсуа. За два дня, точно, подозрительных не видел.
– Хорошо, если так. Судя по вашему рассказу, те, кто вас преследуют, люди не только чрезвычайно жестокие, но и имеющие очень большие возможности. Думаю, что они вас потеряли на какое-то время, потому, что вы не сразу отправились в Париж, а предпочли Лион. Но сколько времени у нас в запасе?
– Почему у нас? У меня.
– Теперь уже у нас, господин маркиз. Проклятье! У меня запланированы очень важные встречи на два предстоящих дня. И я не могу их отменить! Весьма влиятельные и богатые персоны, интересы которых я представляю. С ними лучше не ссориться. Себе дороже выйдет. Иначе бы я уехал отсюда завтра же. Но нет худа без добра, – он на секунду замолчал. – За время, что я вынужден находиться в Париже, можно навести кое-какие справки по вашему делу. Такие возможности у меня есть. Быть может что-то и прояснится. Для вас это дорого стоить не будет. Сейчас извините, у меня ещё дела. Слуга принесёт ларец, и книги. Всё это вы его можете забрать. Деньги, согласно распоряжению вашего отца получите у ростовщика по адресу улица Бертена 33. Его зовут Доминик Робер. Сейчас сделаю расписку, – он достал из ящика стола лист бумаги и быстро написал несколько строк и поставил свою печать. – Жду вас через два дня в полдень. Кстати, если не секрет, где остановились? Если возникнет, необходимость, хотелось бы знать, где вас искать.
– Торговая улица 17, – вот тут я слукавил. Улица именно та, на которой была одна из моих квартир, а вот дом с таким номером, располагался на противоположной стороне, немного поодаль. Если появятся незваные гости, я их увижу, а они меня нет. Если и начнут искать, то найдут не сразу, успею уйти через задний двор. А теперь пора к себе, чтобы прочесть то, что написал для меня отец.
Ларец был весьма увесистым, несмотря на небольшие размеры, и две книги в толстых кожаных переплётах, хотя большим грузом и не были, но когда я оказался у себя в комнате, руки немного затекли. А может, просто, было неудобно нести, но я этого не заметил. Передо мной была разгадка всего того, что произошло со мной, с нашей семьёй! Но почему только сейчас! Быть может, вместе мы что-нибудь и придумали бы! Эх, отец, отец…. Наконец, я в своей комнате и никто мне не сможет помешать. За окном уже смеркалось. Я задёрнул шторы и зажёг свечи. Но меня ждало разочарование. Как только я попытался открыть этот ларец, ключ легко провернулся в замочной скважине, и при этом изнутри раздалась мелодия, которую я слышал в детстве перед Рождеством.
«Неужели меня обманули, и передо мною обычная музыкальная шкатулка?! И кто?! Франсуа?! Человек, которому отец доверял как самому себе! И он заодно с теми, кто напал на нас!» – От такой мысли, меня даже бросило в жар. Если так, то в доме напротив уже должны появиться «тёмные плащи». Погасив свечи, я осторожно отодвинул штору, и выглянул в окно, но улица была пуста. В доме напротив кое-где горел свет. Никакого шума слышно не было.
Но если это обычная музыкальная шкатулка, то её можно открыть и без ключа, надо только подцепить крышку кинжалом. Но не тут-то было! Щель была настолько мала, что лезвие никак не входило. Остался только один способ. Выйдя во двор, я что есть силы, швырнул ларец на каменную мостовую. Такой удар высек искры из булыжника и даже отколол от него небольшой кусок. Но ларец остался целым! Зря, наверное, Франсуа хвалил меня, если не хватает ума открыть ключом этот ларец. Хорошо, что моих упражнений никто не видит. Вернувшись к себе, я вновь попытался открыть ключом этот злополучный ларец. «Возможно, бородка ключа не может зацепить механизм замка?» – единственное, что пришло мне в голову.
Я вновь с силой надавил на ключ и стал не торопясь его поворачивать. О чудо! Ключ ушёл в скважину почти до конца! Щелчок, ещё щелчок, крышка под давлением пружины плавно поднялась и заняла вертикальное положение, открыв моему взгляду всё содержимое. Внутри лежала пара листов бумаги и небольшая книжка. Дрожащими от волнения руками я раскрыл письмо моего отца.
«Дорогой мой Мишель, если ты сейчас читаешь эти строки, значит, наши дела совсем плохи, и меня уже нет на этом свете. Утешение даёт только одно, ты смог открыть ларец, значит, у тебя есть возможность справиться и с остальными трудностями. Я не думал, что мне придётся писать это письмо, но таковы обстоятельства. К моему большому сожалению, я не успел поговорить с тобой ни о том, что мне пришлось пережить, ни о том, чем я занимался много лет. Надеюсь, ты поймёшь меня. В молодости я не предполагал, что когда-либо буду изучать науки. Всё началось с того, что однажды меня тяжело ранили на дуэли. Несколько дней я был между жизнью и смертью и если бы не Вильтран, не выжил. Именно он меня вернул к жизни, и поставил на ноги. Когда я был в бреду, то слышал, и то, что делалось вокруг, и что творилось за многие мили от нашего дома и то, что происходило не в нашем мире. Словами этого не передать. Огромные города, непохожие на наши, люди, одетые очень странно, движущиеся картины, размером со стену нашего замка, большие блестящие птицы в небе и многое, многое другое. Ещё я слышал голоса, но не видел лиц. Они сказали, что мне суждено остаться в живых, и что я должен заняться науками. Это моя судьба. Но всё, что я буду делать, должно быть только во благо людям. После того как я поправился, приступил к делу. Любимыми дисциплинами стали физика, химия и биология. Но чем больше я погружался в их изучение, тем яснее понимал, насколько невежественны наши представления об окружающем нас мире. Чтобы познать природу, нужны новые приборы и устройства, которых у нас нет сейчас, и сделать их невозможно. Впереди был тупик и разочарование. Я стоял перед выбором – прекратить свои изыскания и вернуться к прежней жизни, которая меня больше не привлекала, или расстаться с ней совсем.
Я не мог нормально спать, потерял аппетит и почти не ел, впал в уныние. Однажды ночью, когда мне всё же посчастливилось задремать, вновь послышались те самые голоса. И они сказали, – всё, что было раньше, всего лишь испытание, ибо нельзя знание доверять невежде. Человек должен быть готов, к тому, что узнает. Есть и другой путь познания – через себя. Об этом говорят древние книги, которые находятся в монастыре ордена «Чёрного крыла», что на границе с Испанией. Прочтя их, я пойму, что и как делать дальше. Как мне удалось получить их на время, долго говорить не буду, скажу лишь то, что это стоило совсем недорого, и лишь потому, что их до этого никто прочесть не смог. Но найти человека, который справится с этим, было весьма трудным делом. Им оказался брат Кито, монах, живущий в Марселе. Он владел единственным словарём, позволявшим прочесть эти манускрипты. Я нанял нескольких очень хороших каллиграфов. Они сделали точные копии древних книг. Словарь, который сейчас перед тобою, мне подарил брат Кито.
Прочтя, книги я понял, что главное – это не золото и серебро, как многие думают. Самое важное – то, что ты знаешь, ибо только знания позволяют справедливо управлять этим миром. Там было написано, что есть способы получать эти неограниченные ничем и никем любые знания, повторяю – любые, прямо из окружающего нас пространства. В книгах говорится о том, что можно сделать магический кристалл, который ответит на все твои вопросы. В своих видениях я успел разглядеть подобное. Я видел как люди, сидящие за столом, смотрят на прозрачную пирамиду перед собой, спрашивают о чём-то, и перед ними появляются различные картины из той жизни! Я это видел! Используя знания из старых манускриптов, я дважды провёл подобный опыт, и увидел то, что хотел.
Первый раз при этом присутствовал брат Кито. После сеанса с ним случился обморок. Какая картина перед ним предстала, я так и не узнал. Второй раз всё было гораздо проще. Я назвал год, месяц, число, время и увидел тебя. То, как ты сидишь и при свечах читаешь какие-то бумаги. Шторы плотно задёрнуты, слева от тебя плательный шкаф, у которого не хватает ручки на створке, на столе стоит начатая бутылка вина, и глиняная кружка… потом видение исчезло, и сколько я не пытался повторить, так ничего и не вышло. Но говорю тебе, сын мой, прежде чем вступить на тяжкий путь познания, подумай ещё раз.
Сейчас решается твоя судьба. Деньги у тебя есть. Ты можешь уехать в Новый свет и там начать другую жизнь или же продолжить моё дело. Выбирай сейчас. Но умоляю! Будь осторожен, в любом случае. Если решишься пойти по тому же пути, что и я, тебе нужно будет покинуть Францию. Оставаться здесь нельзя, слишком могущественны и многочисленны наши враги. Единственным местом, где ты сможешь продолжить исследования, является огромная северная страна, простирающаяся от моря на западе до океана на востоке. Только там, далеко, есть горы, граничащие с Китаем. И только там, в единственном месте растёт трава, которую я знаю как «изумрудный лист». Без неё невозможно общение с магическим кристаллом. И лишь там можно найти горный хрусталь, по своим свойствам, пригодный для создания самого магического кристалла и другие минералы для опытов.
Больше мне нечего сказать тебе, сын мой, решение за тобою, прощай. Это письмо после прочтения сожги и пепел развей по ветру, так, чтобы и следов не осталось».
Странные чувства одолели меня после того как, прочёл последние строки. Я ощутил физическую боль так, будто ещё раз кто-то прижал мне палец в дверях, как однажды случилось в детстве. Присутствие отца стало осязаемым, будто он здесь рядом со мной, в этой комнате. Словно он видит всё, что происходит со мною здесь и сейчас, – оторванную ручку плательного шкафа, и недопитую бутылку вина на столе и всё, всё, всё, даже мои мысли. Но при этом какого-то неудобства не испытал. Напротив, придавало чувство уверенности в том, что я делаю всё правильно. Свой выбор я сделал ещё несколько дней назад, когда видел, как в развалины превратился наш замок – мой родной дом. Я этого не забуду никогда, найду тех, кто это сделал. Найду и накажу. А сейчас… я поднёс письмо к свече, и оно мгновенно превратилось в небольшой факел, сгорев почти без дыма.
Всё, прощай отец. Из всех вещей, напоминающих мне о прошлой жизни, осталось только то, что было в сундуке из подземного хода. На секунду я даже пожалел о том, что отдал Вильтрану тот медальон, но только на секунду. Вот ведь человек! Ни слова не сказал о том, что спас от смерти моего отца. И к аристократам не принадлежит, а какое благородство! Однако пора отдыхать. Я допил вино и уснул практически сразу. Утром меня разбудил шум, доносящийся с улицы. Город жил своей обычной жизнью, люди разных сословий сновали по улице, извозчики везли товары, дети как обычно играли, гоняясь друг за другом.
Деньги у ростовщика я получил без лишних слов. Высокий крепкий мужчина среднего возраста, которому впору бы командовать солдатами на поле боя или работать в кузнице, быстро прочитав расписку сказал:
– Месье желает получить все деньги сразу?
– Да, господин, Робер.
– Жаль, но желание такого клиента для меня закон.
– Почему жаль?
– Я готов увеличить проценты по вашим деньгам вдвое! Сейчас они в цене. Народ начал много строить, и у меня нет отбоя от тех кто, хотел бы занять.
– Благодарю, месье Робер, как только появятся лишние средства, я обязательно размещу их у вас.
– Конечно, конечно, у меня очень солидные клиенты и проценты, выгодные всем. И всё же, не передумали?
– Нет.
– Хорошо, подождите немного здесь. Я сейчас принесу.
Вскоре в моих руках были два увесистых мешочка набитых золотыми монетами.
– Деньги счёт любят, и хотя мои клиенты доверяют моей честности, я всегда пересчитываю при них, – он высыпал на стол монеты и принялся передвигать их с одного края стола на другой. – Вот, кажется и всё. По расписке вам положено… в наличии – столько же. Если, позволите один совет.
– Да, месье Робер.
– Вы пришли сюда один?
– Это имеет отношение к деньгам?
– Конечно! Моя репутация это тоже капитал и ещё более дорогой, чем финансы. Я бы очень не хотел, чтобы с вами что-либо произошло, по крайней мере, в ближайшее время. Я бы настаивал на том, чтобы вы взяли себе в охрану моих людей. Они проводят вас туда, куда вы скажете. Если вы положите деньги просто в карманы, это будет видно, уж поверьте. Уличные воры – люди наблюдательные. Я могу вам предложить специальный пояс для этих целей.
– А как же ваша охрана?
– Но вы же пока не согласились, и одно другому никак не мешает.
Через некоторое время передо мной на столе лежал матерчатый пояс из грубой ткани. На нём были пришиты несколько карманов для монет.
– Вот, посмотрите, – Робер развернул пояс и упаковал деньги. – Монеты разложены ровным слоем, и если пояс одеть, то под одеждой его совсем не видно.
– Умеете уговаривать, месье Робер, – я надел пояс на себя и застегнул камзол. – Действительно, немного «поправился» и всё. – Хотелось бы посмотреть на ваших охранников.
Робер позвонил в колокольчик, стоявший на столе, и вслед за этим в комнату заглянул его слуга, такой же крепкий и рослый мужчина.
– Позови Гаспара и его компанию, – распорядился ростовщик.
Вскоре в комнате перед нами стояли двое дюжих парней с квадратными лицами, и вертлявый молодой человек с хитрыми бегающими глазами. После того как они вышли, я поинтересовался:
– Этот щуплый и есть Гаспар? Но ведь с первого взгляда понятно, кто он!
– Да, вор, бывший вор. У меня работает не первый год, и ни разу не подводил. Знаете почему?
– Даже не догадываюсь.
– Здесь он получает гораздо больше, чем, раньше добывал своим ремеслом, и к тому же половину заработка возвращает мне. Для меня он – обычный кредитор, который даёт деньги в рост под проценты, с которых я имею свою маржу. А деньги он любит больше всего на свете, – Робер поднял палец вверх, – к тому же у него хватает ума понять свою выгоду. У нас с ним уговор, если он что-то делает не так, проценты по его вкладу снижаются, если всё без замечаний, увеличиваются. Если будет работать также и дальше, охраной его обязанности не ограничатся. Что же до двух остальных, это обычные тараны, но без них тоже нельзя. В нашем деле разное бывает.
Вас выведут через задний двор и проводят, куда скажете. Извините, сейчас у меня очередная встреча с моим клиентом. И я бы не хотел, чтобы вы встречались, извините, но я дорожу не только своей репутацией. Всего наилучшего, месье Лерой.
Я распрощался и вышел во двор, где меня уже ждал Гаспар со своими напарниками.
– Куда идём, хозяин? – Гаспар вопросительно посмотрел на меня.
– Рынок на улице Ломбардцев, знаешь?
– Конечно. Впереди тебя будет Клод, – он кивнул на парня в коричневой шапке. – Мы с Полем немного отстанем, только не оборачивайся, хорошо?
– Всё понял, пошли.
Вскоре мы оказались на улице. Клоду даже не пришлось никому уступать дорогу. Достаточно было одного взгляда на него, и люди, оказавшиеся на нашем пути, сами шарахались в сторону. Через некоторое время мы оказались на месте. Мои провожатые безо всякого предупреждения тут же исчезли, словно провалились сквозь землю. Так мне показалось, и я был немало удивлён, когда за спиной раздался тихий голос Гаспара.
– Хозяин, не оборачивайся, за тобой уже три как квартала идёт один человек.
– В тёмном плаще и такой же шляпе?
– Да, что делать будем?
– Задержать сможете?
– Как скажешь, уходи через трактир, который на углу. Там на вывеске жареная курица нарисована. Второй выход на другую улицу, надо только пройти через зал.
Едва я зашёл в трактир, как с улицы раздались крики и шум. Мельком взглянув в окно, я увидел нескольких дерущихся мужчин и перевёрнутый лоток торговца овощами. Моих охранников среди них не было. Рассматривать, что там происходит, я не стал и, пройдя через зал, вновь оказался на улице, ведущей в сторону моего дома. То, что за мной следили старые знакомые, сомнений не осталось, но как они смогли разыскать меня?! Ведь за это время я ни разу не видел за собой слежки! Единственный человек в Париже, кто знал моё настоящее имя, был мэтр Франсуа. Больше никто. Опять всё сходилось на нём! Осталось встретить нежданных гостей. Мой адрес в Париже он знал. Номер дома другой, но то, что обо мне будут расспрашивать и обязательно найдут, сомнений не осталось. Чтобы упредить моих врагов, нужно всего лишь сменить место жительства и сделать это как можно быстрее и незаметнее. Хозяйка моей квартиры чрезвычайно удивилась, узнав о том, что я съезжаю.
– Месье, но вы заплатили за неделю вперёд, и сейчас я не смогу вам вернуть деньги, – извинилась она.
– Ничего страшного, мадам. Обстоятельства сложились так, что я должен сегодня же покинуть Париж. Уезжаю в Испанию, а оттуда с одним из своих родственников в Новый Свет. Там меня ждёт невеста, – на ходу придумал я.
При этих словах лицо женщины просветлело, и мне даже стало немного жаль, что приходится так обманывать. Но спрашивать её будут, и пусть она направит моих преследователей по ложному следу сама того не ведая. Может и получится.
Переезд, если это можно так назвать, занял совсем немного времени. Обосновавшись в своём новом жилье и наведя относительный порядок в комнате, я решил прогуляться, и вскоре уже был на улице. Наблюдая за людьми можно открыть для себя много интересного. Нужно только более внимательно смотреть вокруг. Передо мной из-за угла появилась дородная женщина, по виду – кухарка, которая величаво «плыла» по тротуару словно галера. Перед ней семенил слуга, толкая тележку с продуктами. В какой-то момент ветром сорвало полотно, прикрывавшее содержимое. И это привело женщину ярость.
– Гуго! Ты что рот разинул! – гаркнула дама. – Не мог по-человечески тряпкой накрыть? У тебя откуда руки растут? А ну, быстро завязал, и смотри у меня, чтоб ни пылинки! Иначе будешь вместо барана на вертеле жариться сегодня вечером!
Набор продуктов, открывшихся моему взгляду, выглядел так же внушительно, как и сама кухарка. Судя по нему, хозяин явно любил поесть и знал в этом толк. Я решил посмотреть, куда направится эта верноподданная богини Гестии, отвечающей за домашний очаг, со своим рабом Гуго. Через некоторое время я оказался возле приземистого здания из красного кирпича, за которым были видны большие хозяйственные постройки. Над входом красовалась надпись – «Оазис, торговля, опт, розница». Внутри помещение оказалось похожим на большую лавку, с той лишь разницей, что за барьером, разделяющим зал, сидела дюжина клерков, которые что-то усердно писали. Ничего интересного для себя я так и не обнаружил и уже собрался уходить, как меня окликнул знакомый голос:
– Бог мой! Кого я вижу! – в дверях стоял сам Александр Каракозис. – Месье прошу, – он отступил в сторону, пропуская меня.
Оказавшись в небольшой комнате, я был несколько удивлён её внутренним убранством. Вдоль всех стен стояли шкафы со стеклянными дверцами, за которыми виднелись кипы бумаг. В углу на уровне глаз висел иконостас, и горела небольшая лампада.
– Люблю порядок в делах, и чтобы всё было записано, – перехватив мой взгляд, заметил Каракозис. – Быстро, вы, однако разыскали меня. Нужна помощь господин…
– Граф де Рокфор, – продолжил я.
– Вот это другое дело, – он улыбнулся. – Не желает ли господин граф отобедать со мной по старой памяти? За трапезой и обсудим ваши заботы.
– С большим удовольствием, господин Каракозис.
– Прошу в столовую, пока говорим о делах, нам накроют на стол.
– И так? – негоциант внимательно посмотрел на меня, едва мы уселись за стол. – Что привело вас в мои скромные апартаменты?
– Ваша кухарка, господин Каракозис. Увидел провизию, которая была в тележке, решил посмотреть, где живёт настоящий гурман. Им оказались вы. Мир тесен.
– Да уж… – Каракозис усмехнулся. А я-то грешным делом подумал, не случилось ли чего?
– И это тоже, я бы попросил вас о двух вещах, если это возможно. Во-первых, я действительно получил наследство, сумма достаточно значительная, но у ростовщика, я не стал оставлять под проценты, хотя он мне предлагал это.
– Почему, если не секрет? Репутация его вызывает сомнения?
– Отнюдь нет. Чтобы получить деньги, в любом случае, мне придётся возвратиться в Париж, но я не знаю когда и при каких обстоятельствах смогу сделать это. У вас же, есть филиалы в нескольких странах, как вы говорили. И потом, как мне помнится, вы нуждались в оборотных средствах, не так ли?
– О-о-о! – вижу, вы начинаете ориентироваться в финансах. Но хотел бы предупредить, у ростовщиков, хотя и процент ниже, но и риски – тоже. У меня торговый бизнес, а это, конечно же, возможные потери, поэтому, я бы сделал вам такое предложение. Сумму разбейте на две части, одна – несгораемая и вы вправе получить её в любое время и в любом из моих филиалов. И вторая – будет в обороте. Немедленно её я изъять не смогу. На неё мы установим процент, больший, чем у любого ростовщика, но забрать её и маржу, господин граф, вы сможете не раньше чем через два года. То, что я предлагаю, уже опробовано, и не раз. Пока ни от кого нареканий не было.
– Вполне достойное предложение, я согласен.
– Замечательно, я договорюсь с нотариусом и мы всё оформим документально, если не возражаете. В жизни всякое бывает, и не хочу, ни в должниках ходить, ни в кредиторах по невозвратным долгам. И если у вас будет на руках вексель, никаких недоразумений возникнуть не должно.
– Согласен, но что касается той суммы, которую вы называете несгораемой? Как с этим быть? Сдаётся мне, что впереди меня ждут времена весьма хлопотные. Носить с собой вексель в кармане или какую бы то ни было расписку, весьма рискованно в моём положении.
– Вы правы, господин граф, – купец задумался. – А что если… назовёте своё имя, или не своё, какая, в сущности, разница, – Каракозис усмехнулся. – А потом ответите, какой продукт я больше всего люблю..
– И, какой же?
– Козий сыр, вкус моего детства. Лучше, чем мама, его никто не делал, – он щёлкнул пальцами. – А это, – купец кивнул на пищу, стоявшую на столе. – Это всё конечно замечательно, но не то. Так кто же придёт за деньгами?
– Я думаю – Томас Лерой.
– Замечательно, кажется, я знаю этого человека. И обязательно, пусть господин Лерой оставит расписку с подписью, той же что и в договоре. И, вторая ваша просьба, месье граф?
– Не могли бы вы навести справки по поводу моих недоброжелателей. Я готов заплатить.
– Деньги – штука хорошая, но сейчас, – Каракозис поморщился, – не тот случай. Я думаю, что вы уже начали выяснять кто эти люди. Я тоже, не сижу сложа руки, поэтому предпочёл бы обмен тем, что мы узнаем.
– Согласен, кое-что мне уже известно. Это предположительно члены ордена «Чёрного крыла». Их монастырь расположен где-то на границе с Испанией. Это всё что мне известно. Большего пока сказать не могу.
– Не сочтите за бестактность, но всё же… причина по которой вы подвергаетесь таким преследованиям? Хотя бы предположительно. Чтобы принимать правильные решения, я должен знать как можно больше. Подумайте, не спешите с ответом, если это какие-то личные мотивы, которые касаются только вас и вашей семьи, то необязательно говорить об этом. Для меня достаточно вашего слова.
Вот это вопрос. Сказать правду? Где гарантия, что Каракозис не сообщит об этом кому-нибудь из своих знакомых при дворе. А такие связи у него есть, иначе вряд ли бы он смог заниматься торговлей. Не сказать…. А если всё выплывет наружу? Тогда ни о каком доверии и речи не будет. Я останусь один на один с этими «Чёрными крыльями». Без верных союзников в таком деле не обойтись. В конце концов, чем я рискую? Своей жизнью? Но меня и так пытались дважды убить, и если бы не Каракозис, неизвестно как всё могло бы повернуться. Можно конечно исчезнуть, не объясняя причин, но таскать с собой деньги… рано или поздно их можно лишиться вообще. А без них я не смогу ничего сделать, в том числе и то, что завещал отец.
– Господин Каракозис, – я немного помедлил. – Причиной всех несчастий, свалившихся на нашу семью, была работа моего отца. Он занимался науками, в том числе и алхимией. К получению золота это не имеет никакого отношения. Поверьте на слово.
– Уф! – хозяин облегчённо вздохнул. – Хорошо, что ничего связанного с заговорами или чем-нибудь подобным. Прямо камень с души. Если честно, нечто подобное я предполагал. Всякая политика, интриги и прочее… вас бы уже искали слуги короля. А так… какой-то орден… первый раз о таком слышу. Это уже легче.
– Если бы. Они располагают большими деньгами, и возможно действуют по приказу кого-нибудь из окружения короля, пока не знаю. Но то, что для них не существует ни законов, ни понятий о чести и милосердии, точно знаю, сам видел. Я иногда думаю, люди ли это?
– Понятно, а сейчас давайте отобедаем, всё уже на столе, а остывшая пища иногда вредна для здоровья, – он похлопал себя по животу.
Обед оказался действительно великолепным. Кухарка Каракозиса знала толк в продуктах, и умела из них готовить прекрасные блюда. Из-за стола я выбрался изрядно отяжелевшим. Видимо, сытная пища и хорошее вино сделали своё дело, и меня потянуло в сон. Я поймал себя на мысли, что так спокойно я себя давно не чувствовал. Будто нет никаких «Чёрных крыльев», мне не нужно никуда ехать, и ни от кого скрываться. Рядом со мной человек, который заботится обо мне, подобно тому, как это делали мои близкие. Однако пора домой, расслабляться не стоит.
– Господин граф, жду вас завтра утром у нотариуса, его контора здесь, недалеко от рынка. У меня будет просьба, не сочтите за трусость…
– Вы не хотели бы, чтобы я появлялся здесь? Не волнуйтесь, я всё прекрасно понимаю, господин Каракозис. Это и в моих интересах тоже. Не могли бы вы послать за мной человека, чтобы проводил меня до рынка, где ваша кухарка покупала продукты. Если ни кого за мой не заметит, пусть снимет шляпу и помашет ей будто ему жарко. Если же что-то покажется подозрительным, пусть остановится и вытряхнет камень из ботинка. А уж я буду думать, как мне поступить дальше.
– Отправлю ка я за вами Гуго, того, что был с кухаркой на рынке. Он только с виду такой недоделанный, а в жизни очень даже сообразительный. На него никто и не подумает. Если вам понадобится встретиться со мной, то приходите на улицу Грузчиков, 21. Там живёт Гуго со своими родственниками. Скажите, что ищете меня и назовите время. На следующий день встретимся. Здесь я ещё буду недели две, потом уеду по делам.
– Спасибо за помощь и благодарю за великолепный обед, – я распрощался и вышел на улицу.
Свежий воздух моментально взбодрил меня. Оглянувшись вокруг, я не увидел слуги Каракозиса. Но пройдя три квартала, я неожиданно обернулся. В отражении витрины перед моими глазами вновь мелькнул знакомый силуэт. Как ни странно на рынке Гуго оказался раньше меня. Он стоял перед лавкой мясника и о чем-то разговаривал с хозяином, обмахиваясь шляпой. Уже хорошо, значит, ночь можно спать спокойно.
Я почти добрался до постоялого двора, как неожиданно путь мне перегородила девушка, лицо которой было накрашено столь же безвкусно, сколь и вычурно. Я по привычке уступил дорогу даме, но не тут-то было. Женщина двинулась на меня словно боевой слон, тараня своим бюстом.
– Не желает, ли молодой человек приятно провести время в моей компании?
– Нет, – я сделал шаг в сторону, она тоже.
– Вас ожидает много удовольствия, и я готова на любые капризы.
– А я нет, – я попытался проскользнуть между забором и дамой, и оказался прижатым к стене в прямом смысле.
– А может, подумаем, и всё же отдохнём? Это совсем недорого и недалеко, здесь за углом, красивый зелёный дом с балконами. Уверяю, вам понравится. У нас очень чисто. Моя комната на втором этаже, в конце коридора, никто мешать не будет. А если не желаете, чтобы кто-нибудь видел, как вы входите к нам, в переулке есть калитка. Через неё можно зайти с чёрного хода. Если хотите, вам принесут обед прямо в комнату.
– Она взяла меня за локоть. – Пойдёмте.
Это уже начало надоедать и я уже хотел применить силу, чтобы освободиться от назойливых объятий жрицы любви. Обедать я не собирался, как и развлекаться в постели, но меня разобрал смех. Видимо выгляжу так хорошо, что на улице уже пристают дешёвые проститутки. Давясь от хохота, я всё же спросил.
– Как зовут, красавица?
– Адель, – женщина от удивления выпустила мой рукав. – Меня так никто никогда не называл. Вы смеётесь?
– Нет, просто настроение хорошее, – я протянул ей мелкую монету. – Как только будет свободное время, обязательно загляну. Прощай, Адель.
Наконец, я оказался снова в своей комнате и смог углубиться в изучение манускриптов, которые оставил отец. Однако чем больше я пытался понять смысл написанного, тем меньше это удавалось мне. Получался какой-то непонятный набор слов. Все мои попытки окончились ничем, несмотря на титанические усилия.
– Придётся отложить это до лучших времён, не может быть, чтобы отец меня обманывал, или… или, опять Франсуа, ¬– подумал я. – Ведь книги были у него достаточно долго. Он мог, в конце концов, прочесть их с чьей-нибудь помощью, а потом сделать копии, в которых содержание заменено бессмысленным текстом, специально для меня. Язык, на котором они написаны, возможно, знал не только брат Кито, как думал, отец. Ну, что же, завтра в полдень мне будет точно известно, в чём причина моих невзгод. К этому визиту нужно подготовиться, и подумать хорошо головой, иначе и без неё остаться можно, в прямом смысле. А перед этим ещё и встретиться с Каракозисом у нотариуса, чтобы обеспечить себе тылы на будущее.
Утром я вновь одел свой костюм простолюдина, к которому уже начал привыкать, не забыв, про чёрный кожаный жилет, однажды уже спасший мне жизнь. Сначала хотел захватить с собой трость-шпагу, но человек в такой одежде и с тростью, пусть даже небогатой…. Это будет явно бросаться в глаза. Поэтому футляр от рекомендательного письма в кармане куда лучше. И самое главное, никто и подумать не может, что это оружие. Пояс с деньгами тоже мог бы служить неплохой защитой от удара клинка, но предназначен не для того, да и стесняет движения, хотя немного. А это в критической ситуации может быть решающим обстоятельством.
Нотариусом оказался худосочный человек, с непропорционально высоким лбом и желтоватым лицом, свидетельствующем о слабом здоровье. Каракозис был уже на месте.
– Мэтр Симон уже приготовил все необходимые документы, – сказал он. – Не желаете ли ознакомиться и указать сумму? – Он протянул мне бумаги.
Бегло прочитав их, и поставив сумму, я вернул документ Каракозису.
– Давайте пересчитаем, – я расстегнул плащ и снял пояс с деньгами, вызвав удивление на лицах моих собеседников.
– Откуда у вас это, – мэтр Симон кивнул на пояс.
– На рынке купил, – ответил я. Незачем знать даже доверенным людям у кого хранились мои деньги, для их же блага.
– Замечательная вещь, – Каракозис покрутил в руках мой пояс. – Велю, чтобы сшили мне такой же. В нашем деле иногда очень нужная штука.
Наконец все формальности закончены, деньги у Каракозиса, вексель у меня в футляре и мне пора на встречу к Франсуа, которая должна всё расставить по своим местам.
На улице Лефевр, где он жил я появился заранее, чтобы осмотреться, и не торопясь прошёлся мимо его усадьбы. Мой взгляд скользнул вдоль улицы. Ничего особенного, но лучше быть точным и приходить в то время, которое назначено, а пока можно ещё прогуляться. Странно, но сквозь щель в заборе я вновь разглядел детскую песочницу, но в этот раз игрушки были разбросаны и песок рассыпан прямо на брусчатке. Нехорошее предчувствие шевельнулось в моей груди. Вскоре я был в заброшенной усадьбе и смог наблюдать, что происходило в доме мэтра Франсуа, оставаясь при этом незамеченным.
Сквозь открытые окна в подзорную трубу было хорошо видно, чем занимаются обитатели дома и не только они. Трое детей Франсуа и две женщины сидели на большом диване в гостинной. Тут же, двое мужчин деловито рылись в шкафах. На втором этаже ещё четверо занимались тем же. В комнате, рядом двое о чём-то разговаривали с мэтром, который сидел на стуле возле стены. За его же столом, по-хозяйски развалившись в кресле, расположился мой знакомый блондин, который с отсутствующим видом смотрел в окно. Он и здесь остался верен себе. Его лицо скрывала маска. В комнате появился ещё один человек и что-то сказал на ухо своему хозяину. В ответ тот лишь кивнул головой. Всего одиннадцать человек, это серьёзно. Расслышать с такого расстояния, о чём шёл разговор, конечно же, не представлялось возможным, и поэтому я спустился во двор, тихо прокрался через сад к забору и спрятался в кустах. Но до меня долетали только обрывки разговора, из которых стало понятно, что Франсуа рассказал, и что я уже в Париже и где живу. Ещё бы! Трое детей, жена и мать – весомый аргумент, против которого нечего возразить. Окажись я на его месте, не знаю, как бы пришлось поступить.
И всё же. Если Франсуа только сейчас рассказал обо мне, то от кого меня спасали Гаспар и его подчинённые? Точно, не от уличных воров. Ответ оказался прост, и предвидеть такое просто невозможно. Обычное предательство страшнее самой острой шпаги – убивает или ранит в любом случае. Если верить всем, можно жизнь потерять, если не верить никому, и в каждом встречном видеть врага или предателя, то и с ума сойти недолго. Зачем такая жизнь?
Во двор вышел слуга Франсуа, тот, что встретил меня в его доме. Он спокойно, как ни в чём не бывало, заговорил с одним из «плащей», время от времени показывая в сторону сгоревшего соседского дома, в мою сторону! Это на какое-то время отвлекло меня от допроса Франсуа. Когда же я вновь посмотрел в ту комнату, где был мэтр, меня насторожило то, что сидел он как-то странно, запрокинув голову и его рука, свесившись, почти касалась пола. К нему подошёл человек в маске, поднял голову и положил руку на колени, придав телу более естественную позу. Франсуа был мёртв! И при этом никаких криков, шума борьбы или даже конвульсий! Мгновенная смерть. Теперь стало понятно, почему вся семья мэтра сидела спокойно на диване, в то время как кто-то обыскивал их дом. Они уже были мертвы, и глава семьи ничего об этом не знал, рассказывая обо мне. Поразительная и изощрённая жестокость, с которой я сталкивался уже не в первый раз.
Между тем, человек в маске вышел во двор и дружески похлопал по плечу слугу мэтра Франсуа. После «приветствия» у того подкосились ноги, и он медленно завалился на спину, неуклюже раскинув руки. Предатель получил своё и от кого? Жадность сгубила. Не он первый, не он последний. Единственный, от кого наши враги могли узнать о мэтре Франсуа, мог быть только Андре, мой нежданный родственник. Имя человека, который представлял наши интересы в Париже, не было секретом, и отец, в его присутствии мог не раз упомянуть его. Как же я раньше об этом не подумал? Интересно, что ещё он рассказал о нашей семье?
Человек в маске говорил совсем тихо, но мне было хорошо слышно, потому что стоял он совсем недалеко. К нему обратился один из его подчинённых.
– Господин, что дальше делать будем?
– Абель, как обычно. Тебя учить надо с какого места поджигать? Да смотрите мне, чтоб не случилось как с тем монахом из Марселя. А то мёртвый, мёртвый…. А он взял да и ожил, да ещё проклинать начал всех, и кары Божьи на головы наши призывать, пока я его не успокоил на веки вечные.
– Нет, нет, что вы, лично сам ещё раз проверю, – Абель согнулся в поклоне.
– Старайся, Абель, старайся. О твоём усердии будет доложено лично верховному магистру.
Подо мной хрустнул сухой сучок. Люди во дворе тут же умолкли. Человек в маске только кивнул в мою сторону, и двое подручных метнулись к забору. Не знаю, чем бы всё это могло закончиться, если бы в этот момент во двор не ворвались вооружённые люди. Завязалась ожесточённая схватка. Ни одного крика или даже возгласа, только звон клинков. И даже когда кто-то падал, сражённый противником, всё происходило молча. Было что-то зловещее во всём этом.
Пользуясь возникшей суматохой, я выбрался на соседнюю улицу, оставшись незамеченным. После того, что произошло в нашем замке, я уже начал привыкать и постоянной опасности и к тому, что вокруг меня гибнут люди, но сегодняшнее просто потрясло. Зачем было убивать семью Франсуа и его самого? Он же рассказал всё, что знал! Кто ворвался в дом? Враги моих врагов – мои друзья? Кто они, откуда взялись, и друзья ли? Что-то подсказывало, что они не на моей стороне.
С таким мыслями в голове я бесцельно бродил по городу несколько часов, пока не поймал себя на мысли, что вижу перед собой знакомый дом. Ноги сами привели туда, где я жил последнее время! А вот этого делать не следовало ни в коем случае! Хорошо, что я не вошёл в дверь. Вот хозяйка удивилась бы, увидев меня в рабочей одежде, «уехавшего в Испанию»! Но то, что появился я здесь зря, это – точно.
Беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы увидеть знакомые лица среди прохожих. Благо, что они-то меня в лицо не знали. Те самые, что были «в гостях» у мэтра Франсуа. Вот они – двое «подпирают» забор дома напротив и ещё один немного поодаль рассматривает закрытые двери соседнего дома. Только переодеться успели. Нет знакомых тёмных плащей и таких же шляп. Это значит, что схватка на улице Лефевр закончилась явно не в пользу врагов моих врагов.
Недолго думая я нырнул в соседний двор и оттуда через калитку в переулок, благо, что этот район мною был изучен достаточно хорошо. Но уйти от преследования не удалось. Видимо они всё же что-то заподозрили. Один против троих подготовленных бойцов всего лишь с кинжалом в руках? Преимущество явно не на моей стороне, а потому надо отрываться как можно скорее. Петляя по улицам и переулкам, я начал кружить по городу. Однако кто-то из моих соглядатаев постоянно оказывался недалеко от меня. Так продолжалось до тех пор, пока я не оказался рядом с моей новой квартирой – постоялым двором. Нырнув в переулок и сразу же в калитку, я оказался во дворе борделя. Проскочив через чёрный ход, и не встретив привратника, я поднялся на второй этаж и постучал в дверь последней комнаты.
– Только бы Адель оказалась на месте и была одна, – единственная мысль, в моей голове в тот момент.
В девушке, открывшей дверь, лишь с трудом можно было узнать ту разукрашенную девку, что пыталась затащить меня в свою постель. До чего же белила, румяна и краска могут изуродовать нормальное человеческое лицо. Большие серые глаза, немного курносый нос, широкие скулы, ничуть не портящие общего впечатления выдавали её крестьянское происхождение.
– Месье? – она удивлённо подняла брови. – Вы? Вот уж не подумала бы. Проходите, я одна. – Она отступила в сторону, пропуская меня.
– Почему, Адель? – поинтересовался я, разглядывая небогатое убранство этой обители продажной любви.
– Вы чужой человек здесь. Ваш костюм – просто маскарад. От вас по-другому пахнет. Я это поняла там, на улице.
– Когда прижала меня к забору?
– Ну да,– она улыбнулась.– Простой человек меня просто бы ударил, или оттолкнул, а вы не сделали ни того ни другого. Поэтому я очень удивилась, увидев вас на пороге. Что-то случилось?
– Да, меня ищут. Ты поможешь? Я заплачу.
– Конечно, мы рассчитываемся с хозяйкой за каждого посетителя.
– Внизу меня никто не видел, Адель.
– Это хорошо, наш привратник, Бруно, опять наверное выпил. Он боится хозяйку, и никогда не признается, что его не было на месте. Будет врать до последнего, что никто не проходил мимо него. Есть хотите?
– Не откажусь.
– Сейчас, я всё сделаю, подождите немного здесь, – она кивнула на диван возле окна и вышла в коридор.
Опустившись на диван, я разом почувствовал дикую усталость, видимо сказалось напряжение этого дня. Глаза стали слипаться сами собою, и даже голод не смог удержать меня ото сна. Очнулся я от того, что кто-то легонько тряс меня за плечо.
– Месье, проснитесь, уже стемнело, – рядом со мной сидела Адель. – Обед совершенно остыл, но я не решилась будить вас. Вы так сладко спали. Вам не стоит слишком долго оставаться здесь, тем более что вами уже интересовались. Бруно сказал, что какие-то люди искали молодого человека, одетого как вы. Ему даже деньги предлагали, но он никого не видел, а то бы всё рассказал.
Разница между тем, что подавали вчера у Каракозиса и тем, что стояло в этот раз передо мной на столе, была, наверное, больше, чем нашим замком и пасекой Вильтрана. И по качеству и по количеству. Однако зверский голод, проснувшийся вместе со мной, сделал холодную и весьма скудную пищу настолько вкусной, что я проглотил всё в мгновение ока, даже не поперхнувшись. Насытившись, я откинулся на спинку стула и спросил.
– Адель, как я могу покинуть ваше гостеприимное заведение, оставаясь незамеченным? У вас только два выхода?
– Да, месье.
– Тогда никак. Те, кто меня ищет, глупостью не отличаются, и наверняка расспросили привратника обо всём.
– Даже не знаю, – девушка задумалась. – Месье, не могли бы вы встать рядом со мной?
«Зачем?» – я спрашивать не стал, просто сделал то, что она просила.
– А сейчас посмотрите в зеркало, месье.
– Гляжу и что?
– До чего же вы непонятливы, – Адель покачала головой. – Смотрите, рост у нас одинаков, но я женщина и пышнее. Для вас это большое преимущество.
– Кажется, понял.
– Ну, наконец-то. Волосы у вас длинные, усов и бороды нет. Платье стоит совсем недорого, и подкрашу так, что никто не узнает.
– Не сомневаюсь, – я вспомнил лицо Адель, когда впервые увидел её.
Через некоторое время я был готов для маскарада. По-другому это назвать вряд ли можно было. То, что я увидел в зеркале, и озадачило и рассмешило одновременно. На меня смотрела широкоплечая долговязая брюнетка с плоскими формами, на которой, платье висело, словно на вешалке.
– Адель, а что с этим делать будем? – я показал на свою грудь и бёдра.
– Вы меня удивляете. Один момент, – она достала какие-то тряпки из шкафа и «вульгарная плоская брюнетка» приобрела округлость форм, соответствующую профессии. – Кажется, готово. Только когда будете идти по улице, слишком широко не шагайте и не размахивайте руками. У женщин другая походка. И старайтесь не показывать свои сапоги. Туфли такого размера, я вам не смогу найти.
– Спасибо Адель, мне пора, – я достал деньги и протянул их женщине.
– Месье! Это мой заработок за месяц! Здесь слишком много!
– Слишком много денег не бывает, Адель. Это компенсация за риск и твою изобретательность. А сейчас прошу отвлечь вашего привратника, если это возможно.
– Конечно, я отправлю его за вином, скажу, что клиент требует хорошего белого вина. То, что есть у нас, не подходит. Идите через главный выход. Никто не подумает, что вы – это вы.
– Выпей за моё здоровье.
– Обязательно, и за удачу, месье.
– И за удачу, прощай Адель и спасибо за всё.
Как и обещала девушка, в коридоре никого не оказалось. Я беспрепятственно вышел на улицу. За всю жизнь мне ни разу не приходилось рядиться в женское платье, и оно предательски путалось в ногах. Пройдя вдоль улицы пару кварталов и свернув в переулок, я ухитрился несколько раз наступить на подол, едва не растянувшись при этом посреди тротуара. Ко мне тут же подошли двое мужчин. Наверное, они подумали, что перед ними пьяная девица лёгкого поведения и решили воспользоваться ситуацией, чтобы получить её услуги бесплатно. В свете факела, горящего у входа в один из домов, я без труда узнал своих старых знакомых, которых я видел во дворе мэтра Франсуа. Ну, надо же, какая незадача! И тут нашли!
– Эй, ты! – а ну-ка постой. – Окликнул меня, тот, что оказался ближе. Второй – толстяк, коротышка в шляпе с высокой тульёй, в этот момент зашёл сзади, перекрывая путь к отступлению.
– Куда торопишься красотка? Сначала мы с тобой покувыркаемся. – Мужчина схватил меня за локоть и попытался обнять за талию. Медлить дальше было нельзя. Как учил меня Чжао, я вывернул ему руку и ударил снизу вверх открытой ладонью в нос. От неожиданной боли ухажёр взвыл и отскочил в сторону. Это дало мне время приготовиться к нападению и выхватить свой кинжал. И вовремя. Перед моим лицом мелькнул нож, и я едва успел увернуться от удара.
– Ах ты тварь… – он попытался достать пистолет из-за пояса. Это и решило его судьбу. Дамасская сталь оказалась острее любой бритвы. Мой противник, схватившись за горло, с хрипом опустился на колени. Но его напарник, несмотря на внешнюю неповоротливость, оказался в поединке на редкость проворным. Его кинжал то и дело мелькал перед моим лицом, но я был выше ростом и мои руки длиннее, поэтому мне удавалось держать его на безопасном расстоянии до тех пор, пока он не оступился…
Покончив с нападавшими, я быстро снял юбки, и вытер ими лицо. Моё появление в таком виде на постоялом дворе, где я жил, могло вызвать ненужное любопытство, поэтому пришлось воспользоваться плащом и шляпой одного из моих противников. Одежду, которую дала Адель, я выбросил в реку, завернув в неё булыжник.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Татьяна Ка. Май 23rd, 2016, 2:48 pm

Согласна с Олегом, лихо вы закрутили.
«Есть в моей книге хорошее. Кое-что слабо. Немало есть и плохого. Других книг не бывает, мой друг». Марциал
Аватара пользователя
Татьяна Ка.
 
Сообщения: 9837
Зарегистрирован: Октябрь 26th, 2006, 6:46 pm
Откуда: Москва

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Май 23rd, 2016, 7:23 pm

Ничего себе объёмчик! Ну, да ладно, сам напросился. Начнём.

Виктор Кобеев писал(а):Комнаты оказались похожим на ту,

Окончание потерял. Поправь. Вверни здесь наличие "чёрного хода" в квартирах. Уж если указываешь на безопастность.
Виктор Кобеев писал(а):с такими рыжими кудрями я выглядел весьма необычно.

Необычно, но и очень приметно. Думаю, есть смысл поменять цвет парика. Исходя из той же безопасности.
Виктор Кобеев писал(а):усиливала детская песочница,

Как-то не очень. Никогда не встречал в описаниях усадеб тех лет "детских песочниц", хотя... А если просто повесить детские качельки между деревьев?
Виктор Кобеев писал(а):слежки за домом я так и не увидел,

Лучше - "не заметил".
Виктор Кобеев писал(а):я назвать не стал

Буковку воткни.
Виктор Кобеев писал(а):здесь была основой интерьера.

Хотя, мог бы парой предложений обрисовать кабинет педанта. Разбить как бы объёмный абзац.
Виктор Кобеев писал(а):По мере того как я говорил,

Лучше -"рассказывать".
Что хотелось бы сказать, перед те, как уйти на перекур?
Всё отлично, но не хватает сущих мелочей - картинок.
Это Париж! Не стоит его описывать. Не получится у нас лучше, чем его неоднократно описывали ранее. Но он стоит пары предложений, чтобы читая, я не чувствовал себя среди декораций. Покажи его(кареты, коляски, шляпки, продавщицы цветов, Темзу).
Потом у тебя есть сценка на базаре. Отличное место.
Удели описанию пару-тройку предложений. Дай послушать шум и гомон рынка, крики торговок, отчаянного кудахтанья живого товара, увидеть яркие цвета платков, шляпок и юбок, заметить хитрые морды востроглазых карманников(как без низ на базаре).
И если это всё появится, будет просто - отлично!
А пока - перекур.
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Татьяна Ка. Май 23rd, 2016, 8:00 pm

Oleg писал(а):Темзу)


Сену! ;) С остальным согласна. Картинка есть, но почему-то тянет на современность.
«Есть в моей книге хорошее. Кое-что слабо. Немало есть и плохого. Других книг не бывает, мой друг». Марциал
Аватара пользователя
Татьяна Ка.
 
Сообщения: 9837
Зарегистрирован: Октябрь 26th, 2006, 6:46 pm
Откуда: Москва

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Май 23rd, 2016, 10:00 pm

Татьяна Ка. писал(а): Oleg писал(а):
Темзу)

Сену! ;)

Вот я дал!
А чего?! Ведь собирались когда-то сибирские реки повернуть, а я просто перенёс, всего одну и не сибирскую. Подумаешь.
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Татьяна Ка. Май 23rd, 2016, 10:06 pm

Oleg писал(а):а я просто перенёс, всего одну и не сибирскую. Подумаешь.


:lol:
«Есть в моей книге хорошее. Кое-что слабо. Немало есть и плохого. Других книг не бывает, мой друг». Марциал
Аватара пользователя
Татьяна Ка.
 
Сообщения: 9837
Зарегистрирован: Октябрь 26th, 2006, 6:46 pm
Откуда: Москва

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Май 23rd, 2016, 10:34 pm

Oleg[/b, согласен, все замечания по делу. Будем работу работать....
[b]Татьяна Ка.

так оно и есть, не могу думать и говорить как триста лет назад, да и пишу для развлечения современной публики. Но когда действо перенесётся в мой родной Томск, где господин комендант правил целых 25 лет, исторической достоверности будет побольше. В детстве я жил недалеко от его дома, сейчас это здание принадлежит Томской епархии. Похоронен же был этот человек тоже недалеко (никто не знает точно где) от того места где я прожил 15 лет в возрасте уже зрелом.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Май 24th, 2016, 12:45 am

Такой кусок перебрал, написал всего и, похоже, мозги встали в интересную позицию - ткнул курсивом не в "Цитату", а в стрелку!
Это прмерно, как уронить кирпич на голую ступню.
Давно я так не изъяснялся ... узнал столько нового о себе ...от себя же любимого!
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Май 25th, 2016, 1:27 am

Виктор Кобеев писал(а):выглянул в окно, но улица была пуста.

Можно разбить. "... выглянул в окно".
"Улица пуста"
Виктор Кобеев писал(а): открыв моему взгляду всё содержимое.

Можно выбросить "объяснялово" - "моему" и "всё".
Виктор Кобеев писал(а):Напротив, придавало чувство уверенности

А если так - "Напротив, присутствовало чувство уверенности".
Виктор Кобеев писал(а):Я допил вино и уснул практически сразу.

"... вино. лёг и уснул...". Не за столом же он уснул?
Большой абзац о получении денег и охраны, думаю, надо доработать. Очень напоминает страховое агентство и охранную фирму (современные). Поройся в старинных выражениях финансистов тех лет.
quote="Виктор Кобеев"]это обычные тараны,[/quote]
Замени подобные выражения (мордоворот и пр.)
Завтра продолжу.
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Май 25th, 2016, 8:49 pm

Oleg
Все замечания собираю и приклеиваю к тексту в виде заметок. Отделкой займусь после того как весь текст будет перед глазами. Спасибо за столь внимательное прочтение.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Май 26th, 2016, 2:57 pm

Продолжу.

Виктор Кобеев писал(а):предпочёл бы обмен тем, что мы узнаем.

Смотри сам, но после "мы" можно вставить "уже".
Виктор Кобеев писал(а):Если ни кого за мой не заметит,

После "Если" вставь "он". Не помешает.
Виктор Кобеев писал(а):такой недоделанный,

Думаю, лучше "недотёпа".
Виктор Кобеев писал(а):В отражении витрины

Какие это годы? "Витрина" у нас ассоциируется со стеклом большой площади. Придумай, более простое. Менее современное.
Виктор Кобеев писал(а):и я готова на любые капризы.

"...и я готова удовлетворить любые фантазии господина".
Виктор Кобеев писал(а):Это уже начало надоедать

После сытного обеда, это могло и "утомлять".
Виктор Кобеев писал(а):– Адель, – женщина от удивления выпустила мой рукав.

Как понимаю, это он так её назвал? Тогда, после "Адель", напрашивается знак вопроса.
Виктор Кобеев писал(а):Утром я вновь одел свой костюм простолюдина,

"надел", или "облачился".
Виктор Кобеев писал(а):да и стесняет движения, хотя немного.

После "движения" поставить точку. Остаток - выбросить в "мусор".
Виктор Кобеев писал(а):Наконец все формальности закончены, деньги у Каракозиса, вексель у меня в футляре и мне пора на встречу к Франсуа, которая должна всё расставить по своим местам.

Здесь ты, похоже, закончил и пошёл на большой "перекур", а о плавном переходе к следующему абзацу забыл. Добавь короткую фразу, хотя бы такую - "Мы душевно расстались, довольные друг другом". И разрыв между абзацами сгладится.
Парекур. Вечером закончу.
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Oleg Май 27th, 2016, 2:01 pm

Виктор Кобеев писал(а):в сторону сгоревшего соседского дома, в мою сторону!

Как помнится ГГ в этот момент прятался в кустах? Перепроверь, или выбрось всё, что после запятой.
Виктор Кобеев писал(а):Не знаю, чем бы всё это могло закончиться, если бы в этот момент во двор не ворвались вооружённые люди.

Разбей в этм месте большой абзац. Откуда они возникли? Покажи хоть как-то(шум за забором, подъехали кареты, что-то ещё). Подготовь их появление.
Виктор Кобеев писал(а):недорого, и подкрашу так, что никто не узнает.

Не очень. Да, она простушка, но про существование "грима", наверняка, знает.
Виктор Кобеев писал(а):скажу, что клиент требует хорошего белого вина.

Некое противоречие. Привратник уже рассказал, что не видел никого. А тут "клиент". Куда девать "его" потом? Подумай. Лучше просто послать за вином.
В последнем абзаце(как мне кажется) можно показать просто драку с обычной парижской шпаной, или сутенёрами(слишком уж много и часто встречаются преследователи). Наступает некое недоверие к такому обилию врагов. Разбавь их обычными уголовными элементами.
Вот вроде и всё. Читается легко и с интересомю Подчистишь, где посчитаншь нужным и, всё будет просто отлично. Останется сущая ерунда - выдержать заданный уровень на протяжении всего текста.
Успехов.
"Всё,что было, то и будет" - царь Давид
Oleg
 
Сообщения: 1646
Зарегистрирован: Январь 29th, 2013, 7:09 pm
Откуда: Из-за бугра.
Число изданных книг/Жанр/Издательство: 2
Проза. Реал.
"Букмастер".
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Татьяна Ка. Май 27th, 2016, 2:11 pm

И добавить-то к сказанному нечего. :D Успехов!
«Есть в моей книге хорошее. Кое-что слабо. Немало есть и плохого. Других книг не бывает, мой друг». Марциал
Аватара пользователя
Татьяна Ка.
 
Сообщения: 9837
Зарегистрирован: Октябрь 26th, 2006, 6:46 pm
Откуда: Москва

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Май 27th, 2016, 9:37 pm

Oleg
Спасибо за столь подробный разбор пролётов. Однако есть над чем подумать. Допишу третью главу, выложу. "Коэффициент обратной связи" здесь весьма высокий. Для меня это очень важно.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Май 2nd, 2020, 2:49 pm

Глава 3

Перед тем как отправиться к себе, я немного покружил по городу, постоянно проверяя, нет ли за мной слежки. Однако ничего подозрительного мне заметить не удалось. Вернувшись в свою комнату, я умылся и улёгся спать. Сон овладел мною мгновенно несмотря на то, что я успел отдохнуть в борделе. Утром, как обычно меня разбудил шум улицы. Солнце стояло высоко, люди спешили по своим делам, но я решил остаться у себя и не выходить на улицу, по крайней мере, какое-то время. Хозяина попросил, чтобы пищу мне приносили прямо в комнату, сказав ему, что неважно себя чувствую. Прекрасное время для того, чтобы подумать о своих планах на будущее, но для этого надо прочесть то, что оставил мне отец. Передо мною вновь книги и словарь, и как прежде, несмотря на мои усилия, текст, практически, остался недоступным. Я уже намеревался прекратить это ненужное занятие, но в какой-то момент появился свет в конце тоннеля, стоило только вспомнить математику. Ещё одна проверка, которую устроил отец или те, кто писал книги? Всего лишь одна формула, по которой в определённой последовательности выстраивались слова, и текст, приобрёл смысл! Только и всего! Невероятно просто и надёжно. Будь читатель даже семи пядей во лбу, но, если он не знает математики, прочесть эти книги не сможет. Просто чудо, что для этого мне понадобилось всего три дня. Однако то, что я прочёл в первой книге, носило характер инструкции и ничего более. Сидеть в своей комнате мне надоело, и я решил прогуляться, предварительно приклеив фальшивые усы и бороду, и надев парик, изменивший меня до неузнаваемости. Так мне казалось. Сегодня я был одет, как и подобает дворянину, не особенно шикарно, но всё же… и шпага при мне. Это не только оружие, но и обязательный аксессуар, без которого сейчас появляться на улице небезопасно. Будь у меня в руках даже два кинжала, но, если в противниках окажется подготовленный боец со шпагой, мои шансы равны нулю, а так, ещё посмотрим, кто кого. Клей, как и говорил торговец, продавший мне этот театральный реквизит, оказался весьма неплох. Для пробы я подёргал за «свои» новые усы. Они сидели на лице весьма крепко, и стало даже немного больно.
Оказавшись на улице, я отправился, как обычно на рынок. Бродя между торговых рядов среди людей, иногда можно узнать кое-что полезное для себя. Предчувствия, и в этот раз, меня не обманули. В первой же харчевне, прямо возле входа, где обедали грузчики и торговцы, трое мужчин возле окна негромко обсуждали произошедший пожар на улице Лефевр, во время которого погибла вся семья, проживавшая там, и четверо рабочих, делавших ремонт в доме. Кто эти люди, и какой ремонт они там делали, я видел своими глазами. «Чёрные крылья» остались верными себе – никаких следов, и ни при каких обстоятельствах! Интересно, кто всё же напал на моих врагов? К Каракозису идти за тем, чтобы расспросить о случившемся, смысла не было. За столь короткое он сам вряд ли что мог узнать, а вот попросить содействия в отъезде из Парижа вполне можно. По части торговых перевозок он лучший из всех, кого я знаю, тем более что до улицы Грузчиков совсем недалеко. Гуляя по Парижу, я ощутил, что постоянно ищу в толпе тех, кто мог бы за мной следить. С одной стороны, неплохо, что это вошло в привычку – оборачиваться, будто бы глядя вслед хорошеньким женщинам, останавливаться возле лавок, разглядывая товар, невзначай мельком смотреть на своё отражение в окнах домов, а заодно и на тех, кто шёл по улице. При этом мой взгляд как бы сам собой искал тех, кого я уже сегодня видел. А с другой? Этак, в каждом встречном можно увидеть и смертельного врага. А вот это совсем ни к чему. Дом, возле которого я вскоре оказался, полностью соответствовал названию улицы, на которой он стоял. Низкое одноэтажное строение, в котором, судя по всему, жили две семьи. И район был под стать. Конечно, не трущобы, но богатством или даже просто достатком здесь и не пахло. На лавке возле крыльца дремала на солнце старуха. Рядом стояла палка заменявшей ей трость. Однако, как только я подошёл, женщина тут же открыла глаза и никаких следов сна в них я не заметил.
– Месье кого-то ищет?
– Да, мадам, Гуго. Он случайно не здесь живёт?
– Живёт уже как тридцать лет и не случайно, – женщина оперлась на свою палку и встала с лавки. – Зачем он вам?
– Простите, мадам, вопросом на вопрос отвечать не учтиво, но вынужден спросить, – кем вы ему приходитесь?
– Я его бабушка, что опять натворил этот негодник? Мало его родители в детстве били, потому и вырос недотёпой, вечно во что-нибудь вляпается.
– О! совершенно ничего плохого. Я хотел попросить его, чтобы он передал своему хозяину – месье Каракозису, что с ним хотел бы встретиться Томас Лерой.
– И всё? – женщина, прищурившись, внимательно посмотрела на меня.
– Ах, да, конечно, – я протянул мелкую монету старухе. При виде денег её лицо будто помолодело, морщины, словно разгладились.
– Не извольте беспокоиться, как только Гуго появится, я всё ему передам. И пусть только попробует не сделать. Я ему… – бабка погрозила палкой невидимому Гуго. – Всё сделаем, месье, в лучшем виде.
Я распрощался и направился к себе домой. До моего постоялого двора осталось совсем немного, но внимание привлекла драка на перекрёстке. Трое парней, свалив на землю, пинали молодого человека, рядом валялась его сумка, из которой высыпались продукты, купленные на рынке. Шансов отбиться или убежать у бедняги не было.
– Эй вы, а ну прекратите, – я подошёл ближе.
Один из нападавших отвлёкся от своего занятия и повернулся ко мне.
– Проваливай, а то и тебя отделаем так, что мало не покажется.
Читать проповедь о нормах поведения в таких случаях дело и неблагодарное, и лишнее. Эта публика понимает только один язык – язык силы. И подпускать противника к себе, в такой ситуации ближе, чем на расстояние вытянутой руки просто опасно, а потому я молча выдернул шпагу из ножен и «перекрестил» грабителя, располосовав на нём одежду. Эффект удивил даже меня. Парень мгновенно остановился, словно налетел на стену и затем с воплями кинулся вдоль улицы, забыв о своих подельниках, которые тут же последовали его примеру.
Я подошёл к человеку, лежавшему на земле. Его лицо было в крови, одежда разорвана в нескольких местах. Под глазом красовался приличный синяк.
– Живой? – поинтересовался я.
– Да, месье, только бок болит.
– Не мудрено, за что тебя так?
– Не знаю, наверное, обычные грабители, только у меня и брать-то нечего. Денег совсем нет, с работы хозяин выгнал, так и не заплатил. Я даже не знаю, чем рассчитаться за угол, который снимаю. Меня, наверное, выгонят на улицу, – он тяжело вздохнул. Придётся возвращаться к себе домой в деревню, только и там я никому не нужен. Семья наша совсем бедная, а я четвёртый сын. Никакого наследства мне не положено, да и его нет. Отец и братья работали на нашего графа, только он разорился. Работы совсем не стало. Если я вернусь… ещё один голодный рот, как говорит мой отец.
– Послушай, как тебя зовут?
– Этьен, Этьен Дави, месье.
Не знаю почему, но у меня возникла симпатия к этому простому деревенскому парню. Быть может, от того, что и он оказался не по воле своей в тяжёлой ситуации. Ему нужна помощь, а мне – верный человек. Одному без надёжных союзников очень трудно противостоять такому противнику, как «Чёрные крылья». А ещё лучше, когда преданность слуги, это не только преданность, но и зависимость от хозяина, то есть, от меня. Меркантильный интерес с обеих сторон – прочная основа.
– Ну что же, Этьен, а как ты смотришь на то, чтобы служить у меня? Церемониться мне некогда, и ответ мне нужен сейчас. Работа обычная, одежда и питание за мой счёт, жить будешь со мной, делать то, что скажу. Ничего крамольного. Оплата каждый месяц. Кстати, оружием владеешь? Шпагой, например?
– О, месье! Какая шпага?! Я же из крестьян. С дубинкой управляюсь неплохо, ножом могу, а шпага? Нет. Если позволите, – он кивнул на мой кинжал, заткнутый за пояс.
– Держи, – я протянул ему клинок.
Этьен подержал его в руке, словно взвешивая, и почти не размахиваясь, бросил в забор в нескольких футах от нас. Глухой удар, и кинжал вонзился точно в пятно, оставшееся от облупившейся краски.
– Вот так.
– Неплохо. Как понимаю, ты согласен?
– Да, я и мечтать не мог! Готов начать хоть сейчас, нужно только вещи забрать с моей квартиры. Куда прийти?
– Постоялый двор, здесь недалеко, – я назвал адрес. – Спросишь месье Лероя, это я. Скажешь, что ты мой слуга. Да, и возьми деньги, здесь твой аванс. Рассчитайся за жильё, с долгами уходить нельзя, доставать будут. – Я протянул монеты.
– Простите, месье, может не моё дело хозяина учить, но вы странный человек. Видите меня впервые и сразу платите за невыполненную работу….
– Послушай, Этьен, сбежишь, не велика потеря! И для меня хорошо, зачем мне проходимец в слугах? Останешься, посмотрю на тебя. Будешь хорошо служить, подниму оплату, плохо – выгоню. У меня всё просто. Через пару часов жду. – Я молча повернулся и двинулся вдоль улицы.
Странно, но мне показалось, что знакомые фигуры мелькнули в соседнем переулке. Я тут же повернул к ним, но их и след простыл. «Как бы они не подкараулили моего новоявленного слугу» – мелькнула мысль, хотя зачем? О том, что у него появились деньги, они не знают, а мстить? Ведь не его заслуга, что я оказался рядом. Или я становлюсь излишне подозрительным? Пора уезжать из Парижа, как велел мне отец, но для этого нужно завтра обязательно встретиться с Каракозисом. Но это будет завтра, а пока… пока, надо избавиться от бороды и усов. Чужая щетина, она и есть чужая, комфорта коже не добавляет.
Оказавшись у себя в комнате, я начал процедуру «омоложения». Как и говорил продавец, клей оказался весьма неплохим. Постепенно, кое-как, я всё же привёл своё лицо в естественное состояние. Немного спирта, одеколона и на меня вновь смотрел из зеркала Мишель де Монпансье, или Томас Лерой… я уже и сам не знаю, кто.
В этот момент в дверь раздался стук, и после моего приглашения она открылась. На пороге появился Этьен, и тут же извинившись, захлопнул её, однако спустя мгновение он вновь появился в моей комнате.
– Простите, месье, – начал он.
– Проходи, Этьен, не узнал? – я пригласил жестом его войти.
– О, месье! – он развёл руки. – Никогда бы не подумал.
– Льстишь?
– Нет, что вы, если бы не ваша одежда….
– Хорошо, скажи, с долгами рассчитался?
– Да, как вы и сказали. Денег хватило даже на то, чтобы купить новую рубашку, старую пришлось выбросить.
– Замечательно, а со своими обидчиками больше не встречался? – в памяти всплыли знакомые фигуры в переулке.
– Нет, вы их очень напугали, они, наверное, в штаны наложили, – он улыбнулся.
Но сказано это было как-то слишком быстро, или мне показалось. Однако время позднее и пора отходить ко сну.
– Этьен, сходи к хозяину, возьми у него простыню и одеяло, спать будешь там, возле дверей, – я кивнул на топчан, стоявший у входа. – Ты сегодня обедал?
– Не успел, месье, не до того было.
– Я тоже. Тогда захвати ещё хлеба, ветчины и немного вина, пусть запишет на мой счёт.
– Будет исполнено, – слуга исчез в дверях.
Ужин прошёл почти в полном молчании. Было видно, что Этьен голоден по-настоящему. Ни о каких манерах и речи не было. Он просто кидал пищу в свой рот, как дрова в печь, у которой не закрывалась дверца. Я тоже не отставал от него. Наконец, насытившись, мы были в состоянии обсуждать наши дела.
– Месье, какие будут распоряжения на завтра, – Этьен сытно икнул и откинулся на спинку стула.
– Тебе нужно будет сходить на рынок, и купить кое-что, в том числе и нормальную одежду для себя. В таком виде, – я окинул его взглядом, – ты похож на бродягу, а не на слугу. Мне придётся общаться с разными людьми, и я бы не хотел, чтобы они думали, будто у меня нет денег, чтобы нанять нормального слугу. Хотя, наверное, одежду подберём вместе. Потом нужно готовиться к отъезду.
– А куда едем?
– Очень далеко. Куда, скажу немного позже. К родственникам ты возвращаться не собираешься, или передумал?
– Нет, что вы! Какие родственники….
– Тогда будем укладываться спать.
Я подошёл к двери и поставил возле неё стул на две ножки так чтобы, при малейшем толчке он упал.
– Щеколда хорошая и вряд ли её можно открыть снаружи, особенно если завязать её шнурком, но, если найдутся такие умельцы, мы успеем проснуться.
Кинжал под подушку и шпагу на изголовье кровати. Вот теперь можно спокойно укладываться. Сон овладел мною, едва голова коснулась подушки. Сколько прошло времени, сказать трудно, но проснулся я от того, что меня кто-то тихо тормошил за руку.
– Месье, проснитесь же, наконец, проснитесь.
Когда я открыл глаза, передо мною стоял Тиргофф! На этот раз он был одет в парадные одежды. Напудренный парик и золотое пенсне были на месте. Таким я его видел исключительно редко, разве что по большим праздникам.
– Господин Тиргофф, но вы же… начал было я.
– Молчите, Мишель, молчите, – он приложил палец к губам. – Это очень важно. Я должен проводить вас. Куда? Это сюрприз. Следуйте за мной, только тихо, пожалуйста. – Он улыбнулся.
Странно, мы шли по знакомым с детства коридорам и никакого удивления я не испытывал. Только чувство потрясающего спокойствия, потому что это был мой родной дом, в котором я вырос, и я помню каждый поворот коридора, каждую дверь. И дом помнит меня, в этом я ни капли не сомневался. Более того, я воспринимал его как некое живое существо. Вот большой зал, из которого слышна музыка и голоса моей мамы и ещё какой-то женщины. Вот комната для тренировок, в которой Чжао учил меня приёмам рукопашного боя. Через приоткрытую дверь я увидел, как он наотмашь бил деревянный столб, обмотанный верёвкой. Я даже хотел окликнуть его, чтобы поздороваться, но Тиргофф вновь приложил палец к губам. А вот – та самая винтовая лестница, ведущая в подвалы, куда меня никогда не пускали. Мы спустились по ней и оказались перед массивной дверью, обитой железом.
– Прошу, месье маркиз, – Тиргофф распахнул дверь и отступил в сторону.
Отец сидел за столом и что-то писал. В комнате горели свечи несмотря на то, что через окно под потолком светило солнце.
– Садись, – он кивнул на стул возле стены, – я сейчас закончу.
Наконец, отложив листы бумаги в сторону, он поднял взгляд.
– Мишель, сегодня ты так разочаровал меня. Я не ожидал такого, поверь.
– Но что я сделал?
Однако он будто не слышал моих слов.
– Ведь я же просил тебя думать, прежде чем принимать решения, думать, Мишель, думать. И проверять.
– Что проверять, отец?
– Как что? Конечно, последствия.
– Но позвольте, как можно проверить то, что ещё не произошло?
– А ты представь, что то, что ты собираешься сделать, уже случилось. Что это будет для тебя? Лучше или хуже? Предположи, что результат, на который ты рассчитывал, окажется обратным. Сопоставь свои усилия и последствия. Взвесь риски, в том числе и от того, что твои представления и о людях, и об обстоятельствах, с которыми ты сталкиваешься, могут оказаться ошибочными.
– Но это же невозможно, и я вряд ли смогу так сделать.
– Тогда я не дам и самой мелкой монеты за твою жизнь, сын мой, – он грустно улыбнулся. – Вспомни своё детство, и игры со сверстниками. Ты должен был угадать, кого они изображают. Это же очень просто. Если хочешь понять кто перед тобой, на секунду закрой глаза, ни о чём не думай, представь, что перед тобой зверь или птица. Это и будет твоё отношение к человеку, и его отношение к тебе, как ни странно. Ты всего лишь зеркало для него, как и он для тебя. А сейчас мне пора, не имею возможности тратить время на нравоучения, извини, – он вновь обратился к чтению.
Я вышел в коридор и на секунду закрыл глаза. Весь мир вокруг меня просто исчез. Только тишина и покой. Интересно, что имел в виду отец, когда говорил о том, что я его разочаровал. В памяти стали возникать картины прошедшего дня. Утро, рынок, – «стадо овец и пастухи». Мой визит в дом Гуго – «старая сорока» на лавке возле дома. Переулок, – четверо «голодных псов» вокруг меня… стоп, стоп, почему четверо? Должно быть три! Или Этьен – тоже? От этой мысли мне даже стало не по себе, и я вновь открыл глаза. Небо за окном начало светлеть, Этьен стоял возле дверей, словно прислушиваясь к чему-то.
– В чём дело? – я выхватил из-под подушки кинжал и через мгновение был рядом с ним. Лезвие упёрлось в горло слуги. В его глазах появился животный страх.
– Хозяин, хозяин…. Я ничего такого. Просто живот болит. Давно не ел досыта. Мне надо на улицу. – Он покосился на дверь. – Не могу развязать шнурок.
Я уже готов был отпустить его, но из коридора раздался подозрительный шум, и кто-то толкнул дверь, пытаясь её открыть. Лезвие кинжала поднялось ещё выше.
– Только пискни, тебе конец, – прошептал я. – А сейчас медленно в угол, никаких резких движений, лицом вниз на свой топчан, понятно?
В таком положении, не то, что сказать что-то, даже промычать Этьен не мог, а потому он просто моргнул в знак согласия. После того как я связал его полотенцем и засунул в рот вместо кляпа часть простыни способность нормально думать вновь вернулась ко мне. Те, кто был в коридоре, видимо поняли, что дверь им никто не откроет и шорохи прекратились. Ловко же меня обвели вокруг пальца. Сейчас надо понять, кто это сделал? А для этого требуется задать несколько вопросов Этьену. Я ещё раз подошёл к двери и прислушался. В коридоре было тихо. Перевернув слугу на спину, я прошептал.
– Будешь отвечать или…? Если согласен, моргни. – Кляп остался у него во рту, отца надо слушать, он оказался прав.
Парень заморгал.
– Приходили те, кто напал на тебя в переулке? – я кивнул в сторону двери.
«Да».
– Ты с ними заодно?
«Да».
– Ты знаешь, кто такие «чёрные крылья»?
Этьен округлил глаза и покачал головой из стороны в сторону. Понятно – «Нет». Уже хорошо, хотя чего хорошего? Обычные бандиты, которые тоже готовы меня убить. И я по своей глупости едва не предоставил им такую возможность. Однако продолжать допрос таким способом – значит, ничего толком не выяснить, и лишить себя возможности принять правильное решение.
– Сейчас вытащу кляп, и ты будешь говорить шёпотом. Если попытаешься позвать кого-нибудь… надеюсь, ты понял, – мой кинжал вновь оказался возле горла Этьена. Парень прикрыл глаза в знак своего согласия.
– И так, давай по порядку. Отвечай чётко и ясно и только то, о чём я спрашиваю. На кого работаешь?
– На хозяина.
– Кто он?
– Этот постоялый двор – его.
– Почему со мной хотели расправиться?
– Вас хотели не просто убить, а перед этим узнать, как открыть ваш ларец.
– Откуда известно о нём?
– Ну, как же! Когда убирали в вашей комнате, нашли. Сначала хотели просто вскрыть, а вас после…. но ничего не получилось. Просто украсть не посмели, испугались, что вы заявите и начнёте разбираться. А так, я ваш слуга, исчезаю, и всё сваливают на меня.
– И что собирались сделать со мной?
– Хозяин, боюсь говорить, вы меня убьёте.
– Если не скажешь, точно прикончу, – я легонько надавил на кинжал.
– Я должен был открыть им дверь. Они хотели вас связать, отнести в подвал и там пытать, пока не скажете, как открыть ваш ларец. Потом в реку с камнем на шее.
– И всё?
– Ну да, а что мало? – Этьен был искренне удивлён.
Действительно, вполне достаточно, чтобы оказаться на том свете.
– Этьен, ты же мог сам меня задушить во сне или сбежать, на худой конец. Потом бы всё равно взломали мой ларец. Зачем вся эта комедия?
– Господин, я никогда не убивал людей. А про ваш ларец уже говорил. У хозяина есть хороший слесарь. Он сразу сказал, что лучше открыть ключом. Мол, есть там секрет, и когда попытаемся взломать, неизвестно чем всё это может закончиться. Потому хозяин и не стал рисковать. И с вами решили, так, чтобы не промахнуться. Кто же знал, что вы так чутко спите?
– Спасибо месье Тиргофф, – сказал я это скорее машинально.
– Кому спасибо, господин?
– Это я так…, а почему не сбежал, если не хотел убивать?
– Не могу, они расправятся с моей сестрой.
– Ты мне ничего не говорил об этом, Этьен.
– Месье, не мог, а всё остальное правда. И про братьев и про отца. Её держат в доме недалеко от рынка. Она там работает как прислуга. Если я что-то сделаю не так, ей не жить. Она почти ребёнок, – в его глазах появились слёзы. – Простите, но у меня не было выбора.
– Выбор, Этьен, есть всегда, важно сделать его правильно. И сейчас я тебе вновь предлагаю его. Третьего раза не будет. Ты остаёшься у меня на службе. Мы спасаем твою сестру и уезжаем из Франции. Условия те же самые.
В его глазах я прочёл нескрываемое удивление.
– Но месье….
– Хочешь сказать, что я имел полное право убить тебя, а вместо этого беру на службу?
– Ну, да.
– Долго объяснять, но хочу, чтобы ты понял. Тебя уже знаю, это первое. Ты кое-что умеешь, и тебя не надо учить. И я, окажись в подобном положении, не известно, как бы сам поступил. Как ты думаешь, что они бы сделали с тобой после того, как меня бы убили?
– Не знаю, наверное, отпустили.
– Скорее, всего, только с камнем на шее, и прямо на дно реки. Зачем им лишний свидетель? Об этом не думал?
– Да, то есть, нет.
– Так ты согласен, или нет?
– Конечно, месье. Я и думать не мог. Но что будет с сестрой?
А вот это, действительно, задача. Куда девать молодую девушку? Не тащить же её с собой, зная о том, что меня или Этьена каждую минуту могут отправить на тот свет! И желающих сделать это с каждым днём становится всё больше. В том, что мы её отобьём, у меня сомнений не было.
– Скажи, есть ли у тебя родственники или знакомые, у которых она могла бы остаться?
– В Париже совсем никого. Только те, кто остался в нашей деревне недалеко от Лиона, но возвращаться туда? Мы бежали не от хорошей жизни.
– И оказались совсем в клоаке, – добавил я.
Придётся просить Каракозиса и не просто так. За деньги он сделает всё что нужно. В деле это человек исключительно обязательный.
– Этьен, попробуем пристроить твою сестру, но не бесплатно, разумеется.
– Господин, у меня же совсем нет денег. Где я их возьму!?
– Считай, что я тебе даю их в кредит на два года и без процентов. Будешь отрабатывать. Твоё жалование остаётся у меня, всё остальное за мой счёт, как и говорил. А сейчас уходим, скоро рассвет. Чтобы никогда больше не было соблазна достань мой ларец. Покажу что там внутри.
Содержимое явно разочаровало Этьена, это было видно по его лицу. Ни золота, ни драгоценностей, какие-то книги. Было бы смешно, окажись я в другой ситуации, но не сейчас.
– Этьен, я прячу это только потому, что они важны для меня. Здесь результат работы моего отца за многие годы. И поверь, рецептов, как свинец превратить в золото, тут нет. Продать их нельзя, никто не купит, потому что они написаны на языке, который, кроме меня знают единицы. А вот их потеря или порча для меня будет невосполнимой. Поэтому пока ты служишь у меня, береги их как зеницу ока. А сейчас скажи, как меня узнали на улице, ведь я же был в парике и с усами?
– Месье, за вами следили здесь. В комнату заходили только вы, а вышел кавалер с усами и длинными волосами. И только.
– Понятно, а сейчас пора. Ты знаешь, как отсюда незаметно уйти?
– Да, господин. Точно так же, как и попасть сюда. Через потайной коридор. Дверь в него почти напротив вашей комнаты и ничем не отличается от других, но всегда закрыта снаружи.
Если нужно незаметно подняться на этаж, то они пользуются этим ходом. Отсюда он ведёт прямо в подвал, выход из которого рядом с мусорным ящиком. Стоило вас связать и тихо вынести из комнаты, никто бы из постояльцев ни о чём бы и никогда не догадался.
– И как мы туда попадём?
– Очень просто. На этой двери, как и на всех других, есть номер, его нужно только повернуть, и внутренний запор открывается. Очень удобно, не надо носить с собой ключи, и можно воспользоваться при любой необходимости.
– Этьен, если там засада?
– Месье, вы думаете, я способен предать вас? Теперь я понимаю, что если вас убьют, то и мне не жить, и моей сестре тоже.
– Я не об этом. Сколько человек стояло за дверями?
– Думаю, четверо. Те, трое, что на улице били меня, и ещё один слуга, самый сильный и жестокий из всех, кого я видел. Настоящее чудовище в облике человеческом.
– Пора уходить, скоро рассвет и тогда это будет гораздо труднее сделать. Собираемся, Этьен. Оружие есть?
– Да, хозяин, – он достал из своей сумки большой складной нож. – Только это.
– Помни, сейчас дело обстоит так, либо ты, либо тебя и твою сестру заодно. Поэтому не церемонься. Понял?
– Да.
– Этьен, нашу комнату сможешь закрыть на задвижку снаружи?
– Попробуем.
Со своей задачей мой новоявленный слуга справился мастерски. С помощью складного ножа щеколда с едва слышным щелчком встала на место. С собой мы взяли только самые необходимые вещи, ларец, деньги, совсем немного пищи, оставшейся от нашего роскошного ужина, и вскоре оказались на улице. Как и предупреждал Этьен, нас ожидали около выхода все четверо бандитов, один из которых отличался от своих подельников как слон от лошади. Столкнуться с таким один на один в рукопашной схватке, означало верную смерть. Но, к счастью, противники нас так и не заметили, потому что мы появились откуда нас не ждали. Через некоторое время мы уже подходили к дому, где жила сестра Этьена – Эмма.
То, что я увидел перед собой, сразу отметало какие-либо мысли о быстром освобождении девушки. Двухэтажное, мрачное строение из красного кирпича, обнесённое со всех сторон высоким забором, по верху которого были установлены острые металлические прутья. Перебраться через такое ограждение можно было разве что с помощью штурмовой лестницы, да и то если внутри этой небольшой крепости никто не встретит выстрелом из пистолета. Под стать стенам были и ворота – тяжёлые, из почерневшего от времени дерева, обитые железными полосами для большей надёжности. Тут поневоле задумаешься об успехе подобного предприятия, однако Этьен подошёл совсем близко ко мне и проговорил шёпотом:
– Господин, нужно подождать совсем немного, Эмма должна скоро выйти во двор.
– Откуда знаешь?
– Она прислуживает здесь, и утром выносит помои в выгребную яму, пока хозяева и слуги ещё спят. Если она этого не сделает, её ждёт наказание.
– И всего-то! Так пусть Эмма откроет калитку, ты сможешь её окликнуть?
– Это невозможно.
– Но почему?
– К воротам лучше вообще не приближаться ни с той, ни с этой стороны. Там два огромных пса, которые слушают только хозяина. Любого другого они просто порвут в клочья. Однажды я видел, через щель как их кормили. Хозяин бросил им поросёнка, наверное, больной был. Так в мгновение он был разодран и съеден. Псы кинулись друг на друга и их усмирили только тяжёлой плетью. Если Эмма только попытается…. Ей конец.
А вот это как раз то, что нужно. Ах, как же был прав старый пасечник Вильтран, словно видел будущее! А может и впрямь видел. Какая сейчас разница, главное то, что лежит у меня в походном мешке. Я достал из него пузырёк с жёлтыми шариками и под недоуменным взглядом Этьена направился к воротам. Тут же во дворе раздался хриплый лай. Точнее какое-то утробное рычание, видимо «сторожа» не дремали. Ну что же, не спали, так пусть отдохнут, главное, чтобы зелье досталось каждому в необходимом количестве. Для этого пришлось использовать всё содержимое стекляшки и наш продовольственный запас. Через некоторое время возня за воротами прекратилась. Для проверки я постучал в калитку. И ничего, тишина. Значит получилось.
– Этьен, теперь твоя очередь, – я кивнул своему слуге. – Подойди ближе, как только услышишь, что твоя сестра вышла, зови её.
– А собаки?
– Они уже не опасны.
– Вы их отравили?
– Считай так. Кажется, дверь хлопнула, действуй, – в подробности вдаваться я не стал.
Действительно, это была Эмма. Этьену стоило немалых трудов уговорить её подойти к воротам и открыть калитку. Девушка панически боялась сторожевых собак, однако, увидев, что псы неподвижны, она осмелела, и перед нами распахнулась дверь её тюрьмы. На самом деле было от чего оробеть даже мне, человеку, привыкшему к охоте, и кое-что повидавшему. Возле ворот с остекленевшими глазами лежали две туши более похожие на огромных отъевшихся чёрных волков. Увидев Этьена, девушка, не обращая никакого внимания на меня, бросилась к нему на грудь и разрыдалась. Он как мог начал успокаивать её. Мне пришлось вмешаться, чтобы поскорее закончить эту мелодраму.
– Эмма, перестань плакать, нам нужно уходить пока никто не понял, что ты сбежала. Я впереди, ты за мной, твой брат в трёх шагах сзади. Всё, пора, сантименты потом.
Единственным местом, где мы могли найти хотя бы временное убежище, был дом, где жил Гуго. Больше в Париже ждать помощи было не от кого. Однако, когда наша процессия появилась возле знакомого строения та же самая бабка, не смотря на столь ранний час, была уже на своём насиженном месте. Увидев нас, она встала, чтобы уйти домой, но узнав меня, тут же вернулась на место.
– Господин Лерой, – старуха расплылась в улыбке, обнажив остатки зубов. – Ваша просьба исполнена. С вами встретятся сегодня в полдень в ….
– Замечательно, – договорить я ей не дал. Незачем пока Этьену и его сестре знать с кем я имею дело. И судя по короткому взгляду, брошенному на моих спутников, бабка всё прекрасно поняла. – А сейчас я бы попросил вас выполнить ещё одну мою просьбу. О ней вас должны были предупредить.
– Догадываюсь, господин Лерой. Думаю, вам необходимо где-то остановиться? – Она хитро прищурилась.
– Именно так мадам. – Я протянул ей деньги, но к моему удивлению женщина отстранила руку.
– Что вы, что вы! Ни в коем случае! Меня предупредили, чтоб никаких денег от такого уважаемого человека как вы, месье Лерой. Сейчас позову Гуго, он вас и проводит.
Чувствуется железная рука Каракозиса. Без его ведома, ни единого су, ни от кого и никуда. На пороге появился мой недавний провожатый.
– Гуго, мальчик мой, проводи месье Лероя и его друзей в наш особняк, и смотри мне, бегом обратно. – Бабка для убедительности стукнула своей палкой о землю.
«Особняком» оказался совсем небольшой одноэтажный дом на окраине, огороженный глухим забором от складов какой-то торговой компании. Мы прошли мимо сторожа, который без лишних слов открыл перед Гуго двери склада, спустились в подвал, где стояли огромные бочки с вином. Гуго с видом знатока быстро отыскал необходимый сосуд, для порядка открыл кран и набрал немного вина в плошку, висевшую рядом.
– Не желаете, месье, – он протянул вино мне.
– Нет, спасибо. Мы останемся здесь?
– Что вы, месье, – он с усилием повернул кран вверх сливным отверстием и потянул бочку на себя.
Перед нами открылся узкий подземный ход. Действительно, Каракозис был очень предусмотрительным человеком. Никто и никогда бы не догадался, что скрывается за этой бочкой, тем более что вино в ней на самом деле было. Вскоре мы были в соседнем особняке. Просторный подвал под всем домом, куда мы попали из подземного хода, всего три небольшие комнаты и крошечная кухня, окна которой выходили во двор – вот, собственно, и все апартаменты. Минимум мебели и продукты в шкафу. Выбор не особенно богат, но голодными мы точно не останемся. Перед тем как спуститься в подземный ход Гуго предупредил:
– Здесь свои порядки, месье Лерой. Во двор не выходить, на улицу тоже. Вечером свечи не зажигать, в камине огонь не разводить. Еду принесу завтра, если вы здесь останетесь, а сейчас до свидания, мне пора, – Гуго закрыл за собой дверь, ведущую в подземный ход.
Замечательно, почти тюрьма. Ни шагу на улицу. Так и будем сидеть в четырёх стенах, пока не придёт Каракозис. А с другой стороны, никто не видел, как мы сюда вошли. И Гуго нас водил по закоулкам и проходным дворам битый час не просто так. Явно опасался слежки. Если уж мы здесь, значит, всё не так и плохо. Поэтому есть немного времени до прихода нашего гостеприимного хозяина, чтобы отдохнуть после бессонной ночи и мне и Этьену. Эмма будет сторожем, мало ли как может обернуться наше дело. Раздеваться полностью пока рано, даже сапоги снимать не стоит. Я кивнул Этьену.
– Отдыхаем, обувь не снимать, кинжал под подушку. Твоя сестра будет охранять наш сон. Всё понятно?
– Да хозяин.
– Эмма, если что-то заметишь во дворе или на улице подозрительное буди нас немедленно.
– Хорошо, месье. Я буду на кухне.
Едва коснувшись подушки, я исчез из этого мира и оказался в каком-то ином. Вокруг рос дремучий вековой лес, наш лес. Это было то место, где мы с отцом обычно охотились. Он, как всегда, ехал на своём Геркулесе – гнедом жеребце чистых арабских кровей. Подо мной был мой любимый рыжий Паладин.
– Ты делаешь успехи, сын мой, – он похлопал своего коня.
– Какие, отец?
– Ну как же… вовремя понял кто твой слуга на самом деле. Это спасло твою жизнь.
– Месье Тиргофф помог. Если бы не он….
– Знаю, знаю. И всё равно, ты принял верное решение, оставив Этьена у себя слугой. Он неплохой малый, помнит добро и будет верен тебе до конца дней своих. Но будь осторожен, не доверяйся людям случайным. Твоя судьба – это дорога, которую выбираешь ты, одна из многих. Смотри, впереди одна уходит влево, другая вправо. Выбирай.
В этот момент неожиданный порыв ветра сорвал шляпу с моей головы и, погнав её вдоль дороги, бросил на кусты. Я пришпорил коня, и вскоре она вновь была в моих руках. Но что это? Я держал какую-то мохнатую шапку из грубой овчины и, обернувшись, я увидел, что вместо отца рядом со мной на низкорослой лошади восседал Этьен, словно повзрослевший лет на десять. Мы с ним ехали во главе отряда вооружённых всадников, на узкой лесной дороге. Но это был уже не наш лес! Таких высоких сосен и елей я никогда не видел. И это были не французы. Крепкие бородатые мужчины, все в мохнатых шапках, таких же, как у меня и Этьена. Люди были одеты весьма странно, и у каждого сбоку была кривая сабля, похожая на турецкую. Возле скалы дорога поворачивала. Нам пришлось остановиться, чтобы подождать отставших всадников. В этот момент я увидел, точнее, почувствовал, что кто-то смотрит на меня из придорожных кустов. Это был прямой немигающий взгляд серых ледяных глаз. Он мог принадлежать только одному человеку, тому, кто разрушил мою жизнь. Тому, кто убил мэтра Франсуа и всю его семью. И он смотрел на меня через прицел арбалета. Страх, которого я давно не испытывал, сковал моё тело и сделал непослушным язык. Я едва смог прохрипеть – «Этьен…» и увидел, как пущенная стрела медленно приближается ко мне. Ещё мгновение и кромешная пелена застлала глаза.
– Месье, месье, – кто-то тряс меня за плечо. – Проснитесь же, мы здесь.
Я открыл глаза. Рядом стоял Этьен с сестрой. Они удивлённо смотрели на меня.
– Вы так стонали! но я не решался вас будить, пока вы не позвали меня.
В этот момент за дверью подземного хода раздался какой-то шум, а потом послышались слова площадной брани, которой я никогда не слышал. Дверь, наконец, отворилась и в проёме показалась мощная спина хозяина этого дома – Каракозиса.
– Гуго, чтоб тебя… сколько раз тебе говорил, сделай нормальные ступени, чтоб я мог войти сюда как обычный человек, а не задом наперёд. Извините, месье Лерой, добрый день, прошу прощения, что появляюсь вот таким образом, – он окинул взглядом нашу компанию.
– Добрый день, – я умышленно не стал называть Каракозиса по имени. – С нетерпением жду вас. Время дорого и поэтому сразу приступим к делу, – я открыл дверь соседней комнаты. – Прошу.
После того как мы оказались вдвоём, Каракозис начал без предисловий.
– Ну и натворили вы дел месье Лерой! Весь Париж уже знает о том, что произошло на постоялом дворе.
– И что же, если не секрет?
– Ну, как же? – Купец был удивлён, или сделал вид. Уложить пятерых человек! Один, из которых стоит дюжины солдат! И остальные тоже не промах, хозяин-то, как люди говорят, был в прошлом капитаном пиратского судна! И сам постоялый двор имел не очень хорошую репутацию. Так расправиться со всеми! И самому ни единой царапины, – он окинул меня восхищённым взглядом.
– Должен разочаровать вас. Это не я.
– А кто же, чёрт побери? И почему тогда вы здесь?
– Думаю, те же, кто убил мэтра Франсуа и всю его семью. Наверное, они вышли на мой след и по ходу дела расправились с разбойниками из этого пиратского гнезда.
Я коротко рассказал Каракозису о своих приключениях за последние сутки. И о том, как познакомился с Этьеном, и о том, как пришлось вызволять его сестру. Умолчал только о своих «встречах» с отцом. Выслушав меня, негоциант молчал некоторое время, а после проговорил.
– Удивляюсь я вам, господин граф. Вас предали и готовы были убить, а вы нанимаете этого человека себе в слуги? Я бы так не смог. Или чего-то я не знаю? Странная у вас логика, не сочтите за претензию. Хотя, – он задумался, – быть может, вы приняли единственно правильное решение. Девушка поедет с вами?
– Вот об этом я бы и хотел поговорить. Её нужно куда-нибудь пристроить, да так чтобы до неё не смогли добраться мои враги.
– Наши враги, – поправил Каракозис. – Однако провидение пока на вашей стороне, месье. Дело в том, что у меня есть родственники в Лионе, вы знаете. Моя кузина, как я знаю ищет прислугу для своей дочери. Вакансия до сих пор свободна, и почему бы не попробовать? Она очень хотела, чтобы девушка была из деревни и не имела родственников или близких знакомых ни в самом городе, ни в ближайших сёлах. У нас есть одно правило, всё, что происходит в наших домах, должно оставаться за их стенами. Мы так привыкли и считаем это правильно. Прислуга видит всё, и когда у них есть родственники или друзья, то сами понимаете, что знают двое, то знает и весь город. Пугай, не пугай карами небесными, но язык женский как собаку на цепь не посадишь. Поэтому завтра же отправим мадмуазель с торговым караваном, если вы не возражаете. Работать будет за пищу и кров, первые три месяца. Если справится, буду платить обычное жалование, – он назвал сумму.
– Если нет?
– Тогда, – Каракозис задумался. – Тогда мне придётся её уволить. Я человек практический и благотворительность это только для церкви.
– Месье, если вдруг ваша кузина окажется недовольна девушкой, то я попросил бы вас принять участие в её будущем, разумеется, не бесплатно. Быть может, для неё найдётся подходящая партия среди людей, которых вы знаете, или её можно определить куда-нибудь ещё. В качестве приданного которым вы могли бы распорядиться по своему усмотрению вплоть до её замужества, я готов пожертвовать определённую сумму.
– Да, конечно, – при упоминании о деньгах лицо Каракозиса повеселело. – Девушку я сейчас же заберу с собой, чтобы подготовить к дороге. Да и мне лишний раз здесь появляться ни к чему. Хотя и люди свои, но кто знает, быть может, и у стен есть уши. Что касается вас, господин Лерой и вашего слуги, то думаю, что вам сейчас лучше отсидеться здесь, пока всё не утихнет, а потом…. Кстати, потом, куда вы собираетесь, если не секрет?
– Отчего же. Я хотел бы попасть в Австрию в город Линц.
– Месье, вы прямо мысли читаете! Как раз через этот город и как ровно через две недели я отправляю партию товара в Прагу. Думаю, что хороший кучер и очень хороший охранник лишними не будут. А мои люди умеют держать язык за зубами. Сейчас, извините, мне пора. Я буду ждать мадмуазель…
– Эмму.
– Да, мадмуазель, скажем-м-м-м, Жизель, в винном подвале. У неё есть четверть часа. Гуго обеспечит вас всем необходимым. Сейчас прощайте, – и он вновь с трудом протиснулся в узкую дверь подземного хода.
– Гуго! Проклятье на голову твоего отца! Лучше бы он сделал табуретку, чем тебя! – вновь раздалось внизу, после того как дверь закрылась.
Когда мы остались втроём, Этьен сразу же спросил:
– Месье, ну как?
– Могу обрадовать, или огорчить, даже не знаю. Эмма через четверть часа едет с этим господином. Завтра он отправит её в Лион, где она будет прислугой в доме родственников.
– Как, так быстро?
– Да, Этьен. Ещё скажу, что все наши преследователи и хозяин постоялого двора убиты сегодня утром.
– Господин, я не знал, что у вас такие могущественные друзья. Значит, нам уже нечего бояться?
– Совсем наоборот. Эти люди искали меня. И если бы нашли, сейчас я, да и ты тоже были бы уже на дне руки с камнями на шее. Человека, который сюда приходил, я знаю хорошо и могу сказать, что он не обидит Эмму, но ей нужно обязательно уехать из Парижа. Прощайтесь, я подожду в соседней комнате.
После того как девушка исчезла за дверью подземного хода, Этьена будто подменили. Словно кто-то лишил его скелета, и он внезапно обмяк, будто тряпичная кукла. В глазах парня стояли слёзы.
– Этьен, ты же понимаешь… – я попытался его успокоить. – С ней нам не выбраться отсюда, и нас обязательно найдут. Тогда я не дам ломаного гроша за наши жизни.
– Да, господин, выбор не богатый.
– Ты жалеешь?
– Только об одном, чувствую, что больше не увижу свою сестру. Здесь тяжело, – он прижал руку к сердцу.
– Понимаю.
Понимать, то понимаю, только сделать ничего не могу. Если сейчас попытаться самостоятельно отправиться в путь, нас найдут и очень быстро. Сколько их, кто они, я так и не знаю. Даже Каракозис не смог помочь, чтобы разобраться с кем я имею дело. А уж он-то со своими связями многое может. И радости от того, что их число немного поубавилось, благодаря и моим стараниям тоже, я отчего-то не испытывал. Складывалось впечатление, что передо мной была какая-то мифическая Гидра. На месте одной отрубленной головы у неё вырастали две новых. Единственным союзником в борьбе с этим чудовищем был Каракозис. Но его любовь к деньгам…. Где гарантия, что ему не предложат сумму, от которой он не сможет отказаться? Только две вещи, могли удержать его от подобного поступка – потеря близкого человека тогда, во время ночного боя. Такое не прощается даже за большие деньги. И собственный ум, или точнее, природная осторожность, которая подскажет, что с этими людьми дела иметь нельзя. Пример тому – слуга мэтра Франсуа. Я об этом рассказал ему во всех красках.
Однако время летит быстро. Сначала меня тяготило безделье. Но через некоторое время я стал привыкать к спокойствию, что нас окружало. Я перестал просыпаться от малейшего шороха и спал безо всяких снов, как убитый. Только однажды я вновь оказался в своём замке в большом зале, где за длинным столом сидели мои родственники и слуги которых я потерял. Странно, но все были одеты в дорогие одежды и общались на равных. На самом почётном месте сидел отец и справа от него мама, совсем молодая и невероятно красивая. Рядом с нею женщина в роскошном платье, украшенном драгоценностями. Они были немного похожи. На столе стояли невиданные ранее мной угощения. Более всего меня поразил Чжао, точнее его костюм. Одет он был как китайский император на картине, висевшей, в кабинете отца. На какое-то мгновение дверь в зал приоткрылась и на пороге я увидел знакомую фигуру, но человек стоял спиной и поэтому определить кто это мне не удалось. Моё появление все встретили дружными аплодисментами. Отец встал со своего места и подняв кубок обратился к присутствующим: – Дорогие друзья! Я поднимаю этот бокал за моего сына маркиза Мишеля де Монпансье, который теперь носит фамилию не менее достойную и знатную, нежели наша. Теперь ты, Томас де Вильнёв, и как бы ни странно это звучало из моих уст я, – он сделал паузу и обвёл всех присутствующих взглядом. – Все мы, не сколько не сомневаемся в том, что ты поступил правильно, и успешно сдал экзамен, который устроила тебе жизнь. Ты выбрал верный путь, достойный своей фамилии. Но знай, это только начало, впереди будет много испытаний. Помни чьё имя ты носил и чьё и носишь сейчас. Будь достоин своих предков. – И под одобрительные крики гостей он осушил бокал до дна.
– Сын мой! – продолжил отец, поставив кубок. – Не приглашаю тебя за стол и не предлагаю вина, ибо время не пришло. Береги себя, береги своего слугу, он неплохой малый и будет верен тебе до конца, кто бы тебе и что не говорил. Набирайся сил и опыта и всегда учись у людей, которые умнее тебя и этот салют в твою честь, смотри! – за окнами замка раздалась пальба и небе расцвели огненные цветы невиданной красоты. Потом всё исчезло, только на душе появилась какая-то лёгкость и чувство удовлетворения, словно я действительно повстречался со всеми, кто мне был близок и дорог. Открыв глаза, я понял, что меня разбудил шум, доносившийся с кухни, где Этьен готовил завтрак. Он попросту уронил посуду. Солнце уже было высоко. Поймав мой вопросительный взгляд он немного смутился и сказал:
– Господин, простите что не разбудил, как просили, вы так сладко спали и улыбались во сне, словно ребёнок. Я просто не решился, простите.
– Не стоит, Этьен, но на будущее запомни, пожалуйста, мои просьбы исполняются точно и в срок, а сейчас я приведу себя немного в порядок и после завтрака мы с тобой займёмся метанием ножей, а потом рукопашным боем.
Если бы не постоянные занятия фехтованием и единоборствами с Этьеном, то от обильной пищи, что приносил Гуго, я бы существенно отяжелел. А это в нашем положении – очень опасно. Не успеешь увернуться или убежать – смерть. Поэтому дважды в день мы спускались в подвал, и я вспоминал, всё чему учил меня когда-то Чжао. Для этого по моей просьбе Гуго принёс верёвку, которой я обмотал столб, поддерживающий перекрытие, чтобы можно было наносить удары, не поранив рук или ног. И Этьен тоже показывал нечто интересное. Старая рассохшаяся бочка из-под вина к концу недели была испещрена следами от кинжала. Теперь и я мог с нескольких шагов не глядя попасть в круг размером с блюдце, а Этьен научился более-менее сносно управляться со шпагой. Он оказался человеком весьма способным, и некоторые приёмы боя выполнял почти безукоризненно, но лучше всего владел кинжалами. Он фехтовал сразу двумя клинками. Даже мне поначалу было трудно ему противостоять. Я никак не мог понять, какой рукой он ударит в следующий момент.
Однако всё заканчивается рано или поздно. Это я понял по озабоченному лицу Гуго, который принёс нам пищу, только в этот раз в его руках был ещё и узел с одеждой, в которую нам предстояло переодеться.
– Месье, – Гуго был чем-то смущён. – Даже не знаю, как и сказать…
– Как считаешь нужным, так и говори.
– Дело в том, что мой господин распорядился, чтобы вы сами сожгли всю старую одежду.
– И что тебя смущает? – действительно, как же я не подумал, а Каракозис и это предусмотрел. Делает так, чтобы не осталось вообще никаких следов нашего пребывания в этом гостеприимном доме, потому что знает нрав Гуго и его жадность, которая может обойтись всем очень дорого. Мелочь? Только из-за таких вот мелочей терпят крах самые грандиозные планы.
– Ну как же! Ваша одежда почти новая, на рынке за неё можно было бы выручить неплохие деньжата, – он вопросительно посмотрел на меня.
– Не стоит, Гуго, поверь на слово, а чтобы не было соблазна приступай прямо сейчас, при мне как велел твой господин. Пока мы будем переодеваться, принеси сюда верёвку из подвала, которой обмотан столб, и разбей старую бочку, дрова сюда же в камин. Чтоб тряпки горели лучше. Через четверть часа в камине пылал огонь, и в пляшущих языках пламени, на мгновение вновь появился мой родной замок, который больше не увижу никогда. Быть может, это мне показалось. Взглянув на лицо Гуго, я едва не рассмеялся, передо мной был ребёнок у которого отняли игрушку.
– Держи, Гуго, это тебе за хлопоты, – я протянул ему монету. – Ты очень гостеприимный человек и многим помог мне.
Однако он сморщился будто я наступил на мозоль.
– Но месье! Вы же знаете! Хозяин мне голову оторвёт, если догадается, что я взял у вас деньги.
– Не оторвёт, поверь мне. Я умею убеждать людей, ты знаешь.
Через некоторое время мы подходили к складам Каракозиса, где нас ждал обоз, с которым мы должны добраться до замка моей тётушки Эльвиры. И вновь я убедился в предусмотрительности Каракозиса. Мы шли по улицам, петляя как зайцы, за которыми гонится стая гончих, но со стороны выглядело всё будто трое совершенно разных людей, совершенно не знакомых друг с другом, спешат по своим делам. Однако, когда среди прохожих я увидел людей, которые шли за нами на приличном расстоянии, не приближаясь к нам, первой мыслью была та, что нас выследили и скоро наша прогулка закончится в каком-нибудь тёмном переулке. Жестом я подозвал Гуго и кивнув в сторону преследователей поинтересовался:
– За нами, кажется, следят. Ты здесь всё знаешь, как будем уходить?
– Не беспокойтесь, господин, – Гуго усмехнулся. – Я их всех знаю, это хозяин распорядился. Они потому и не встретили нас около дома, что он не хотел, чтобы кто-то знал, где вы находились всё это время.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Татьяна Ка. Май 4th, 2020, 1:41 am

Чуть позже, в спокойной обстановке, почитаю и отпишусь. Болею...
«Есть в моей книге хорошее. Кое-что слабо. Немало есть и плохого. Других книг не бывает, мой друг». Марциал
Аватара пользователя
Татьяна Ка.
 
Сообщения: 9837
Зарегистрирован: Октябрь 26th, 2006, 6:46 pm
Откуда: Москва

Re: Господин комендант (идея для романа) 28 тыс. зн.

Сообщение Виктор Кобеев Май 4th, 2020, 10:48 am

Поправляйтесь! Комендант никуда не убежит, где-то было ещё и 4-я глава.
Виктор Кобеев
 
Сообщения: 398
Зарегистрирован: Январь 30th, 2013, 7:05 pm
Anti-spam: Нет
Введите среднее число (тринадцать): 13

След.

Вернуться в Проба Пера

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

cron